on-line с 20.02.06

Арт-блог

02.12.2017, 14:26

Декабрь-2017

Відійшла в минуле осінь. Грудень – первісток зими – оглядає володіння. Сніг іскриться під саньми. В білих шатах ліс дрімає. Кригою взялись річки. І виблискують під сонцем, як посріблені стрічки. Навкруги панує спокій, а сусідньому дворі червоніють горобини, ніби спалахи зорі. Лідія Кир′яненко  

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Locations of visitors to this page

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Новости региона

12.12.2017, 13:38

Херсонцев приглашают на «Историческую вечеринку»

  15 декабря состоится последняя в этом году встреча в известной ...
12.12.2017, 12:26

Каховчани - переможці конкурсу «KIEV ART FESТ»

08.12.2017, 10:15

Херсонцы окунулись в сказку

  Вчера в Херсонском выставочном зале Национального союза художников ...

> Персоналии > Визуальное искусство > Топунов Юрий > Романтическая ночь -Херсонские рассказы-

 

Романтическая ночь

                                        “Романтика, романтика
                                        Небесных колеров!
                                        Нехитрая грамматика
                                        Небитых школяров.»
                                               ( А. Галич )


Почему-то мне всегда казалось, что романтика украшает нашу, довольно серую и наполненную обыденными хлопотами, жизнь. Когда в прозрачной легкой дымке виделись  дальние страны, от одних лишь названий которых сладостно щемило сердце и воображение рисовало картины, одну краше другой, трудно было не отдаться несбыточным мечтам! Но как же, порой, жестокая реальность наказывает нас за романтические устремления…
В то летнее утро я сидел у окна и читал книгу, как раздался телефонный звонок.
-Чем занимаешься? Наверное снова читаешь какую-то бредятину! – услышал в трубке знакомый ироничный голос моего старинного друга.
-Сам ты бредятина, - еле оторвавшись от книги, промямлил я в трубку.
-Ну вот, так и знал – по смурному голосу слышу, что в башке у тебя всякая мура булькает, - Витёк ехидно хихикнул.
-Ладно, чего там у тебя? – решил  узнать, по какому поводу он  меня потревожил, – Ближе к телу, как говорили классики…
-Ну это совсем другой разговор! Теперь я узнаю своего кореша! – по голосу было слышно, что Витёк самодовольно усмехается. – Тут такое дело, - заговорщицким тоном продолжил он, - я вчера на даче выполнял земляные работы, мой старик решил пристроить веранду к домику, а я копал канаву под фундамент и накопал полную банку белых червей…
-Ну и? – я начал догадываться о предмете разговора, но хотел это услышать из первых уст.
-Что, ну и? Ты что, совсем отупел от чтения своих философских опусов?! Собирайся на рыбалку, труба зовёт! – и прогудел в трубку нечто похожее на утреннюю побудку в пионерском лагере, в котором он был всего один раз и за неполный месяц совершил аж три побега, так как органически не выносил любого ограничения свободы. Больше родители не рисковали отправлять Витька в лагерь и мы с ним все летние месяцы проводили на Днепре, целыми днями ловя рыбу, купаясь и просто жарясь на солнце, любовь к которому, у нас была должно быть в крови.
-И чего же ты, дятел, звонишь с утра?! Поедем на ночь – днем ведь одна шелупень клюёт, а таких червей расходовать на бычков и чернуху большой грех…
-А я тебя предупреждаю, чтобы ты на ночь не зарулил к какой-нибудь рыбоньке.  Я тебя, гастролёра, знаю! – он, таки да, хорошо изучил меня за долгие годы дружбы и мне оставалось только улыбнуться.
-Ладно, баламут, часов в пять встречаемся на причале, где стоит моя лодка…
-Вот и добренько, до вечера, Вовчик! – в трубке послышались короткие гудки и я снова уткнулся в книгу.

В том, что Витёк был прав, предупредив меня заранее о наших совместных планах на ночь, я убедился, весь день отбиваясь от различных предложений на вечер, поступавших от приятелей и подружек, а к вечеру, собрав всё необходимое, отправился на причал, где меня уже ждал кореш.
-Я тут час сижу, как придурок, и выглядываю тебя, - набросился он на меня, едва я подошёл поближе.
-А ты бы сидел не как придурок, если бы хоть иногда смотрел на часы, сейчас ровно пять, как мы и договаривались…
-Так меня ж нетерплячка бьёт, - Витёк хитро улыбнулся, - ты же знаешь, если мне что-то втемяшится в голову, то я только об этом и думаю. Это ты у нас хладнокровный и расчётливый, а я, если что-то надумал, становлюсь цунами и пру, как Т-34 напролом.
-Ладно, - засмеялся я, - пойдём, цунами, лодку спускать, - и мы начали подготовку к  рыбалке.
 Лодка хранилась на подвеске и не стоило большого труда опустить её на воду и установить подвесной мотор. Уложив  рыболовные снасти, мы вышли на вёслах с территории причала и мотор, взревев, погнал лодку мимо речпорта в сторону Цюрупинской Конки. В те годы не было большой необходимости уезжать далеко, так как рыбы в Днепре было немерено и хорошую рыбу  можно было ловить даже с берега в черте города, но настоящие рыбаки, а мы таковыми себя и считали, ловили только вне зоны видимости городских построек, в глубине плавней, где и протекала Конка, берега которой тогда еще не были застроены дачами, а на ее разветвлениях у нас были свои укромные места, где изобиловали и сомы, и щуки, и лещи, не говоря уже за окуней, густиры и прочей мелочи.

Мотор ревел и уносил нас все дальше и дальше, через судоходное русло ко входу в довольно широкий рукав именуемый Конкой, мимо острова, на котором был расположен Городской пляж, всегда кишащий отдыхающими, но к вечеру уже практически опустевший.
- Вовчик, там  кто-то машет руками, - Витёк пытался перекричать мотор.
- Что ты говоришь?! – спросил я, не отрывая взгляда от фарватера.
- Там кто-то нас зовёт!-  это он прокричал уже почти в самое ухо, приблизившись  ко мне.
- Кто зовёт?
-Да чёрт его знает! Какой-то парень с девкой, - Витёк показал рукой на берег.
Я сбросил скорость и посмотрел в направлении указующей руки. На выступе возле огромной вербы действительно стояли парень с девушкой и махали нам, что-то крича.
- Ладно, - сказал я, - давай узнаем чего они раскудахтались.
- Мужики, - парень обрадовался, что мы подошли к берегу, - у нас к вам большая просьба.
- Нет, в город мы уже не пойдём, - сразу пресёк Витёк, - идите на любую водную станцию и вас перебросят на правый берег за символичную плату.
- Да нет, братишка, ты не понял! Вы ведь едете в плавни на рыбалку? – мы кивнули утвердительно, - возьмите нас с собой и закиньте на какой-нибудь дальний остров, где мы хотим провести романтическую ночь.
- Ребята, а вы откуда? – спросил я , не сомневаясь, что они приезжие.
- Да мы отдыхаем по путёвке на турбазе «Лилея», - я из Рязани, а Танечка из Волгограда.
- То-то и оно, приезжие, - я говорил внятно и поучительно, - а вы знаете, какой самый страшный зверь в наших плавнях?
- Енот! – рассмеялся парень, показывая своё поверхностное знакомство с нашей нижнеднепровской фауной, но Татьяна не поддержала его и вопросительно уставилась мне в лицо широко открытыми глазами.
- Не угадал, братишка, - я склонил голову на бок и грустно улыбнулся, - самый страшный зверь наших плавней – комар!
- Комар?! – тут уже рассмеялась девчонка, - Ох, испугали! Да у нас на Волге этих комаров хоть пруд пруди.
- Солнышко, - ласково проворковал Витёк, - в сравнении с такими комарами, как здесь, все остальные комары просто жалкие дилетанты.
- Вы просто скажите, что не хотите нас везти… - девушка была не права, но пока не понимала этого.
- Ну что ж, чего хочет женщина, того хочет Бог, - галантно произнёс Витёк и пожал плечами, - что скажешь, Владимир? Ты ведь у нас капитан.
- Витя, - строго произнёс я, - ты же понимаешь насколько это серьёзно, а не какие-то хохмочки, ребята ведь не здешние и даже представления ни о чём не имеют…
- Ну что вы нас запугиваете!  Мы каждый вечер гуляем в Приднепровском парке и вполне успешно отбиваемся от комаров. – Татьяна насмешливо посмотрела на меня.
- Парк это не плавни и не даёт даже сотой доли представления о том, что делается ночью здесь, - я старался придать голосу как можно больше убедительности, хотя уже и  понимал, что вряд ли удастся достучаться до их разума.
- Ребята, я вам заплачу! – парень похлопал себя по карману.
- Не нужны мне ваши деньги, - психанул я. - Загружайтесь, мы вас забросим в одно  место, там немного ветерок продувает, а заберём утром, когда будем возвращаться, часов в семь-восемь…
- Вот это другой разговор! – захорохорился  рязанец, - а то, какой самый страшный зверь! Видишь, даже Танюша вашего зверя не испугалась.
- Блаженны не ведающие, - произнёс мой друг, выдавая некоторое знакомство со Священным писанием, чем меня слегка удивил, поскольку я думал, что его мозги девственно чисты, а уж тем более касательно религиозных вопросов.
Мотор снова взревел и лодка рванула с места в карьер, разрезая гладкую поверхность реки и оставляя за собой разбегающиеся в разные стороны волны, разделённые белопенной кильватерной дорожкой.
Минут тридцать мы неслись вдоль поросших камышами берегов через живописные ерики и протоки, пока не подошли к высокому берегу, расчищенному рыбаками, которые останавливаются здесь, чтобы сварить уху и отдохнуть после ночного лова.
- Здесь есть много сушняка, разожжёте костёр, - начал инструктировать их Витёк, - хотя он вам сильно не поможет, но даст возможность делать дым, бросая в костёр всякую зелень, что на какое-то время отпугнёт хотя бы малую часть этих кровопивцев. А если уж сильно невмоготу станет, лезьте в воду…
- Главное, не спите, - добавил я к инструкции друга, - больше шевелитесь и чаще купайтесь, чтобы отбить запах тела. И еще, - я бросил им брезент, которым накрывал лодку во время дождя, - под ним тоже можно на какое-то время спрятаться.  Но не надолго, эти твари пролезают всюду…
- Да не волнуйтесь так, мужики, мы же не дети! Я всю жизнь в лесу провёл.
- Ладно, мы поехали, - я ещё раз посмотрел на них с жалостью и оттолкнул от берега лодку. – Мы будем отсюда в километрах десяти, так что кричите не кричите, не услышим. Пока ребята, до утра!
- Спасибо, мальчики! – прощебетала девушка и помахала нам рукой.
- Что ты завтра нам споёшь? – пробормотал Витёк себе под нос и грустно закурил.

Ночь была на редкость безветренной и тишина стояла такая, что даже листья осин не могли уловить малейшего ветерка и застыли, как на фотографии. Впрочем, тишина царила на фоне густого и устойчивого комариного гула, не умолкающего ни на секунду и воспринимаемого, как элемент этой самой тишины. Комары облепляли лицо, садились на руки, кусали даже через одежду и мы постоянно отбивались от них ветками вербы, предварительно сорванными на берегу, время от времени умываясь речной водой и смывая с лица кровь от раздавленных насекомых.  Рыбалка была скучной, редкие поклёвки не вносили большого разнообразия в ночные бдения и мы, покуривая, вяло беседовали. Наш разговор то и дело возвращался к романтичной парочке.
- От бисовы диты, - негодовал Витёк, - говоришь-говоришь – а им хоть кол на голове теши, так на романтику прибило. Ну кувыркались бы себе в номере на чистой простынке! Так нет, романтику им подавай – романтическая ночь - это же надо такую дурь верзти! – он с досадой выругался.
- Ты знаешь, чего не хватает тебе?
- Ну давай, выкладывай, - я почувствовал, как в темноте меня буравят два ехидных глаза.
- Этой самой романтики!
- Та чур меня от такой напасти! –  я услышал, как Витёк три раза сплюнул через плечо.
- А вот и нет! Если бы тебя перемешать с этими молодятами, а потом разделить, очень гармоничная личность бы получилась. Им бы хоть немного твоего прагматичного скептицизма…
- Думаю, эта ночь им его и добавит, - рассмеялся он.
-Не исключено, но выдержат ли они такую добавку, - и сделав подсечку, прошептал, - а ну-ка приготовь подсаку, кажется сом зацепился…

Едва Солнце показалось из-за камышей, мы начали сворачивать удочки, так как серьёзная рыба уже погрузилась в  дневной сон, а мелочь, начавшая обкусывать огромных белых червяков на крючках, нам и даром была не нужна.
- Ну что, Вовчик, погнали, - глаз Витька щурился от дыма, зажатой в уголке рта сигареты, - у меня теплится надежда, что они там  ещё живы... местами…
- Надежды юношей питают, - не смог сдержать я иронии и запустил двигатель.
Лодка неслась по глади воды, как бы не касаясь её, а лёгкий туман создавал иллюзию полёта. Из лататий, напуганные нашим появлением, взлетали белые цапли и, отлетев метров на сто, усаживались возле камышей, снова замерев в скульптурной неподвижности. Плавни наполнялись искрящимися солнечным искрами и утренними ароматами болотных цветов и трав. Такое чудесное утро вполне компенсировало не совсем приятные ощущения от гудящей комариной ночи. Уже на подходе к месту, где мы вчера оставили ребят, я увидел только парня, который стоял на самом краю мысика и у меня ёкнуло сердце, уж больно недвижимо он стоял, как памятник основателю марксизма.
- Ну как романтическая ночь?! – едва затих мотор, деланно бодро воскликнул Витёк, но рязанец молчал и смотрел на нас глазами затравленной собаки.
- Вы хоть живы? – в моём вопросе уже прозвучала тревога.
- Живы…- он едва кивнул головой и лихорадочно почесал шею.
Наконец лодка ткнулась носом в берег и мы увидели, сидящую у потухшего костерка, девушку. Она сидела с поджатыми под подбородок  коленями и, прикрыв ладонями лицо, тихонько всхлипывала.
- Ребята, - неожиданно прорвало парня, - это был такой кошмар, что казалось мы сойдём с ума! Всё пространство было заполнено этой гадостью! А гул стоял, как от немецких бомбардировщиков. Я всю ночь жёг костёр и кидал в него зелёную траву, но их даже дым не отпугивал и они нас кусали, кусали и кусали.
- А что мы вам вчера говорили? – с ехидцей воскликнул Витёк, - а ты романтика, романтика…
- Таня, - обратился я к девушке, подходя к костру, - успокойся, всё уже позади…- и в этот момент она вскочила на ноги и зарыдала в полную мощь, повиснув у меня на шее, как бы прося о защите. – Ладно, не плачь, всё хорошо, - бормотал я, поглаживая её по голове. – Витёк, а ну-ка тащи флягу с НЗ, - бросил я корешу. Витёк понял меня с полуслова и извлёк из бардачка флягу со спиртом, которую я держал в лодке на всякий случай. Он налил в кружку немного спирта и поднёс к губам девушки, в другой руке держа наготове бутылку с водой.
- Выпей, полегчает, - приговаривал он и как только девушка приоткрыла рот, влил в неё содержимое кружки и тут же приложил к губам горлышко бутылки, из которой она судорожно начала пить воду.
Спирт подействовал быстро и она уже только всхлипывала на моей на груди, но рук не разжимала, как бы боясь, что мы уедем и оставим их здесь. Наконец я тихонько разнял её руки и, усадив на брезент, внимательно осмотрел. От зрелища, открывшемуся нашему взору, можно было бы рассмеяться, если бы это не касалось столь нежного создания. О том, что все открытые части тело были покрыты комариными укусами и говорить не приходится, а вот лицо её опухло и искусанные веки нависали над глазами, оставляя только щёлочки. Но самое печальное зрелище представляли из себя губы, разбухшие так, что напоминали вареники с вишней.
- Да, ситуация… - проворчал я и строго посмотрел на парня, - и что теперь ты скажешь в своё оправдание?
- Ребята, - испуганно запричитал он, - да я её и пальцем не тронул. Как только вы уехали, мы начали собирать дрова на костёр, а тут  стемнело и началось…
- Да я не о том! Если бы это ты её так разукрасил, мы бы тебя здесь и оставили, раздев догола и привязав к дереву. Я спрашиваю, что теперь делать? В таком виде везти её на турбазу нельзя, - засмеют.
- Боже, как я тебя ненавижу, романтик! – выпалила Таня.
- Да, - Витёк помахал головой, -лучше бы она тебя козлом назвала, - ирония его просто зашкаливала, - и то нежнее звучало бы… - и парень покаянно опустил голову, не найдя для ответа ни слова. 
- Ладно, - резюмировал я, - ситуация не безнадёжная, но требует некоторого времени. До конца дня придётся задержаться и провести курс интенсивной терапии.
- Но здесь же нет поблизости даже аптеки, - жалобно простонала девчонка.
- Так здесь же есть старые херсонцы, тобишь мы с Витьком, и это лучше любой аптеки! - и обращаясь уже ко всем, - Ты, романтик, иди собирать дрова, ты, корефан, чисть рыбу и картошку на юшку, а ты, солнышко, помогай ему. А я пошёл делать заготовку лечебных трав, - и увидев, что все прониклись поставленными перед ними задачами, пошёл вглубь плавней за травами для примочек.

Вернувшись с пучками трав во всех карманах, я застал ребят за работой: возле костра виднелась куча дров, которые рязанец продолжал ломать об колено, а под кастрюлей с рыбой уже весело полыхал огонь и Витёк, как настоящий кок, сидел с ложкой наготове, рядом с ним сидела Таня и грустно смотрела на огонь Разложив на чистом полотенце травы, часть из них, порубав ножом, отправил в маленькую кастрюльку, а листья подорожника промыл водой и положил в тени немного просохнуть.
- Танюша, иди сюда и ложись на брезент, - позвал я девушку и она безропотно подчинилась, не задавая лишних вопросов. – Теперь закрой глаза, начнём вытягивать жар и снимать опухоль, -  я обложил её лицо листьями подорожника, а укусы на руках и ногах натёр свежеразрезанным картофелем. Так продолжалось до тех пор, пока Витёк не доложил, что уха уже готова.
-  Капитан, жратоньки подано, - ёрничал он.
- Ладно, ребята, прервёмся на некоторое время, нужно подкрепиться, а потом продолжим наши процедуры.
- А мне можно тоже натереть укусы картошкой? – робко спросил парень.
- Это уже как дама решит, она у нас главное пострадавшее от тебя лицо, - Витёк говорил исключительно доброжелательно, хоть самого к ранам прикладывай.
- Пусть помучится, романтик! – неожиданно подала голос Таня и нам осталось только развести руками.
Уха удалась на славу! Да и как могло быть иначе, ведь в котелок были брошены и сомик, и таранька, и окуни, и даже щупеля, попавшаяся случайно уже на самом рассвете. Под уху я уговорил Таню выпить ещё немного спирта со словами:
- Это лекарство и только для тебя, а больше никому не наливаю…
- И даже мне? – кореш вылупил на меня недоуменно глаза.
- А тебе тем более! Ты как выпьешь, дурной становишься, - я засмеялся и все меня вежливо поддержали.
Трапеза прошла почти в полной тишине, слышался только стук деревянных ложек и смачное причмокивание.
- Ой, спасибо ребята! Я такой вкуснотищи никогда не ела, - девушка наконец-то улыбнулась.
- Не было бы счастья, несчастье помогло, - философски заметил мой друг и блаженно потянулся, - я вздремну немного, а ты, Вовчик,  продолжай процесс, - и он рукой совершил этакое движение, будто читал лирическое стихотворение.
И мы продолжили. Я ещё несколько раз посылал рязанца вдоль тропинки собирать листья подорожника, которые прикладывал к Таниному лицу,  варил отвар из мяты и пижмы, который мелкими глоточками она выпивала, а саму сваренную траву накладывал на искусанные руки и ноги. В промежутках мы купались, плавая в прохладной воде, что тоже способствовало исцелению страждущей. А парень ходил за нами, как верный пёс, и с охотой выполнял все распоряжения, время от времени спрашивая:
- Танюша, ну как тебе, полегче?
- Отстань, романтик! – неизменно отвечала девушка и отворачивала от него лицо.
- Таня, да прости ты его! – вступился было я из чувства мужской солидарности.
- Ни за что! – девушка снова начала всхлипывать, - вы же с Витей предупреждали нас, а он, балбес, не послушал и меня уговорил. Романтик!
- Ладно, ладно, только не плачь, а то всё наше лечение пойдёт насмарку… - чтобы не травмировать пациентку, я уже не стал напоминать, что именно она сама нас с Витьком и уболтала. Во всяком случае, её слова были последней каплей в чашу нашего согласия.

Летний день длится очень долго, но и он близился к концу. И вот, сняв с лица девушки последние листья подорожника, я удовлетворённо хмыкнул:
- Ну в таком виде, думаю, уже можно и на людях показаться.
- А у вас есть зеркальце? – девушка ощупывала своё лицо руками, но хотела воочию убедиться, что имеет приличный вид.
- Нет, милая, на рыбалку с зеркалами не ходят – плохая примета, - сумничал Витёк и я тоже пожал плечами:
- Нам зеркала здесь ни к чему, но могу сказать с полной уверенностью: ты снова обворожительна.
- И всё вы врёте, - кокетливо улыбнулась Таня, - но мне ничего не остаётся, как поверить вам… А ты молчи, -  рыкнула она на рязанца, попытавшегося тоже вставить свои пять копеек, - и не подходи ко мне! – Она выставила перед собой руки, как бы очерчивая границу,  которую он не смеет переступать.
- Ну ладно, тигрёнок, поехали домой пока не начало темнеть и комары не слетелись на аппетитненькую волгоградочку, - засмеялся я её реакции и мы стали усаживаться в лодку.

Солнце ещё не коснулось горизонта, когда лодка причалила к берегу напротив турбазы «Лилея». Витёк галантно перенёс Татьяну на берег и осторожно поставил на песок. Девушка обернулась и восторженно посмотрела на нас.
- Спасибо вам ребята! Если бы не вы, сегодняшний день был бы самым чёрным в моей жизни. А всё-таки херсонцы – классные парни! – вдруг выпалила она и легко побежала по склону к турбазе, а за ней вслед поплёлся неудачливый ухажёр.
- Вовчик, а он хороший парень, - задумчиво произнёс мой друг и, подумав, добавил, - но я не хотел бы оказаться на его месте…

1. 25.07.2017 19:45
Карина
Это снова я с самого синего моря! И где сейчас такие классные парни?! Рассказ прикольный, но на меня почему-то грусняк навалился. Спасибочки, вы классный писатель!

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.