on-line с 20.02.06

Арт-блог

06.12.2019, 09:37

Декабрь 2019

ГРУДЕНЬ Уночі мороз поволі Інеєм упав на шлях… Спотикається на полі Місяць грудень по грудках. І тому такий він гнівний, Дружить з вітром крижаним. А хуртеча рівно-рівно Засипає слід за ним. Сипле сніг, мов стеле килим, Щоб за груднем із дібров Тим рипучим снігом білим Рік Новий до нас ішов. М. Литвинець  

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Locations of visitors to this page

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Новости региона

12.11.2019, 09:47

Творчий вечір Сергія Жадана!

08.10.2019, 10:24

Закінчився XIV Міжнародний фестиваль аматорського кіно «Кінокімерія-2019»

03.10.2019, 10:10

У «Gameplay: Фантастичні хроніки» грала херсонська молодь

> Персоналии > Визуальное искусство > Топунов Юрий > Днепровские пираты -Херсонские рассказаы-

 

Днепровские пираты

Шкиперские байки

-Пётр Степанович, куда это вы направляетесь?! – окликнули мы, идущего на всех парах по Суворовской шкипера самоходного копра. 
-А-а-а, это вы, пацаны! – обрадовано воскликнул он и, изменив курс, подрулил к нам. –Да вот, понимаете, как-то так получилось… - Он немного замялся, подбирая слова, - Короче, пришвартовались мы в конце дня в порту, взяли три пузыря, загрызть и пошли обезьяну водить. Но когда по стаканчику приняли, Митрич вспомнил, что у его зазнобы сегодня день рождения и он обещался прийти в полном ажуре, а на остальных какая-то тоска напала и они, после каждого стакана, уходить собирались, так что беседа наша не клеилась,  но вы же знаете, когда пьешь, то потарахтеть сам Бог велел, а без этого пить, стало быть, идейно не выдержанно. Вот мы и разбежались, чтобы шнобели друг другу не начистить. Ой, пацаны,  хорошо, что вы меня тормознули…
-Идёмте, Петр Степанович, по пивку прополощем.
-Да баловство это, - поморщился шкипер, - пиво только перегружает пузырь! Но ладно, не буду совращать вас с пути истинного, пошли по пивку.

И мы направились к драмтеатру,  в буфет которого вчера завезли «Жигулёвское». Стоило бы пояснить: летом в Херсоне с пивом всегда была напряжёнка – местный пивзавод имел малую производительность, поэтому в город много пива завозилось из соседних областей, Николаевской, Запоржской и даже Крымской. Однако, завозили не много, в основном то, что оставалось недопитым у себя, вот херсонцы и передавали друг другу информацию, где появилась очередная партия пива, причем, информация была почти конфидициальной.

Итак, мы купили билеты на спектакль и прямиком отправились в театральный буфет, уже освобождавшийся от заядлых театралов, переместившихся в зрительный зал. Но перед самым буфетом нас попыталась остановить бабуля со словами:
-Молодые люди, спектакль уже начался! Пожалуйста, занимайте свои места в зале!
Только, будьте добры, заходите тихонько, чтобы не мешать другим…   
-А у нас билет в буфет, на пивко, а не балет…- скаламбурил Пётр Степанович, широко улыбаясь и сверкая золотой фиксой, которую недавно ему поставили вместо выбитого зуба.
Бабуля поморщилась и, произнеся, -фе-е-е, какой запах!-  скрылась за дверями в зал, а мы, сдвинув два стола, расселись вокруг и заказали ящик пива, чем крайне воодушевили шкипера. И вот, когда заказ был нам подан, точнее, штангист-тяжеловес Алик, взяв указанный буфетчицей ящик, поставил его возле нашего стола, а шустрый Санёк раздал всем по бутылке, Пётр Степанович с наслаждением отпил прямо из горлышка и начал с неожиданного заявления:

«Нет, пацаны, никогда не связывайтесь с портнихами! – он склонил на бок голову и оглядел нас, как бы ожидая возражений. Но, поскольку, возражений не последовало, продолжил, - Позапрошлая зазноба у Митрича, нашего механика, была портнихой. Боже мой, как она его любила, – пылинки сдувала! Да вы Митрича то знаете, он мужик видный, положительный, когда-то  Одесскую вышку закончил,  «дедом» в загранку ходил, но не повезло – попьяни какому-то тузу рыло начистил, - вот и списали его с белого парохода навсегда, с волчьим билетом. Как-то Митрич пришёл к ней на выходные, разнежился в кровати и сладко спит-посапывает. А дама хозяйственная была, его шмотки перестирала, высушила и гладить стала, но тут заметила, что  трусы порвались и дырка такая огромная на самом заду, что без латки не обойдешься. Но у портнихи натура творческая оказалась и она ему латку поставила в виде черепа и костей, ну знаете, такой знак у пиратов был, назывался Весёлый Роджер. Когда Митрич впервые в этих трусах купаться с копра полез, мы от смеха по палубе ползали, а он гордо так нам заявил:
-Клавка мне сказала, мол, ты, Валик, в постели, как пират, агрессивный - вот я тебе и нашила отличительные признаки, так сказать, полковничьи погоны.
Ну мы посмеялись, посмеялись да и привыкли постепенно к отличительным признакам Митрича, даже не замечали, вроде как оно и было.- Шкипер допил бутылку и потянулся за второй.»

-А причём здесь трусы? – воскликнул кто-то особо нетерпеливый.
-Пацаны, а мы что, уже поднимаемся и уходим? – шкипер явно задирался и требовал исключительного почтения и внимания.
Но увидев, что мы тут же зашикали на недотёпу, успокоился и продолжил свой рассказ.

«Как-то, при переходе из Станислава в порт, мы крупно поломались и дрейфовали  течением по самой середине фарватера. Пока Митрич с матросом в машинном отделении с двигателем возились, мы со вторым матросом прилегли на солнышке да и задремали. Не знаю, сколько времени мы так кимарили, но разбудил нас хриплый пароходный гудок да такой сильный, что аж кишки к глотке подступили. Приподнялся на локте и смотрю, а снизу на нас индусский сухогруз прёт и гудит, прохода требует, а нас  снесло вниз по течению, в узкое русло Рвача, ну вы знаете, это за развилкой, где Днепр делится на Бакай и Рвач. Я поднимаюсь, закуриваю и говорю матросу:
-Поднять сигнальные флажки: «Потерял ход. Требуется буксир!»
Тут Витёк, мой матрос, он только недавно ШМО закончил, а как там учат сами знаете, спрашивает меня:
-А какие это флажки, я что-то не припомню? – и лупает со сна глазами.
-Эх ты, салага, - вычитываю, - там на фале у нас других флажков и нет! 
Понимаете, пацаны,  комплект флажков уже пришёл в негодность, а новые должны выдать в начале следующего года, срок их списания еще не подошёл, только вот эти два полинялые, но еще целые и остались, и мы их с фала не снимали никогда, а потому я был в полной уверенности, что все путём. Витёк идет и тянет за фал, флажки взвиваются, он тоже закуривает и подходит ко мне. Стоим мы с ним на палубе, я «Беломор» курю, а он – «Север», до «Беломора» еще не дорос, смотрим, как сухогруз ход сбавляет, а потом и задний даёт и суету какую-то на нём наблюдаем, - на бак народ сбегается, кричат что-то, на нас руками показывают. Стоим мы с Витьком, курим . А тут и Митрич с помощником из трюма  вылезают, морды все в мазуте, а в руках у одного большой такой гаечный ключ, а у второго ломик, наверное что-то подваживал.  Интересуются, что за шум и гам творится. А на судне уже паника настоящая и задкуют они конкретно, будто дёру дают.
Смотрим мы на них, значит, курим, удивляемся. Минут двадцать вот так в гляделки играли, как услышали сирену и из-за сухогруза пограничный катер вылетает, по бортам погранцы  с автоматами на изготовку и в мотюгальник кричат:
-Заглушить машины! Всем подняться наверх! Огонь открываем без предупреждения!
-Машины давно заглушены! – отвечаю им в рупор, -Все наверху!  Вы что, сигнальных флажков не видите?!
Катер уже под бортом и на копёр запрыгивают зеленоголовые с автоматами, на нас направленными, остервенело кричат, будто сами чего-то боятся:
-Всем стоять! Не двигаться! Руки за голову! – мы делаем, что приказано, от греха подальше, а то пацаны зелёные, еще и точно огонь откроют.  И вдруг слышим, - Отставить! Опустить оружие! – это на борт копра сошел их командир, майор Орлов, с которым мы в давнем знакомстве состояли. – Ну вы, Пётр Степанович и шуму наделали, - смеется он, - что это вы за флаг на мачту подняли?
-Сигнальные флажки по международной конвенции, - отвечаю, опуская руки, - «Потерял ход. Требуется буксир!»
А майор уже заливается по полной, у него аж фуражка с головы слетела.
- Степаныч, - сквозь смех выдыхает он, - а ты на мачту хоть смотрел, флажки-то свои видел?!
Я как глянул на мачту и обомлел: на ветру гордо развивались огромные чёрные сатиновые трусы Митрича с Весёлым Роджером на заднице, которые он, после постирушки, повесил сушиться на сигнальном фале.
-Митрич, - ору, - ты что это свои трусы на фал вывесил?!!!
-А что же мне их на якорный трос прикажешь повесить? – нахально так  отвечает на вопрос вопросом.
-Витёк, - кричу уже матросу, - что же ты, гадюка, не смотришь, что на мачту поднимаешь?!
-Так я же, шкипер, тебя поспрошал и что ты мне ответил?
Короче, завели погранцы конец и отволокли копер с фарватера. Сухогруз мимо  идет, индусы на левый борт сгрудились, нас рассматривают, фотографируют…»

-И что, Пётр Степанович, тебе не досталось на орехи? – изрядно насмеявшись, спрашиваем.
-Как не досталось, еще как досталось! На три месяца от работы отстранили, на время капремонта силовой установки. Правда, умереть с голода не дали, подкинули из капитанского фонда премиальных. Наверное майор Орлов походатайствовал, учтя мои заслуги перед Родиной. Так что, пацаны, мой совет – никогда не связывайтесь с портнихами!

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.