on-line с 20.02.06

Арт-блог

06.02.2020, 09:16

Февраль 2020

Мело, мело по всей земле Во все пределы. Свеча горела на столе, Свеча горела. Как летом роем мошкара Летит на пламя, Слетались хлопья со двора К оконной раме. Метель лепила на стекле Кружки и стрелы. Свеча горела на столе, Свеча горела. На озаренный потолок Ложились тени, Скрещенья рук, скрещенья ног, Судьбы скрещенья. И падали два башмачка Со стуком на пол. И воск слезами с ночника На платье капал. И все терялось в снежной мгле Седой и белой. Свеча горела на столе, Свеча горела. На свечку дуло из угла, И жар соблазна Вздымал, как ангел, два крыла Крестообразно. Мело весь месяц в феврале, И то и дело Свеча горела на столе, Свеча горела. Борис Пастернак

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Locations of visitors to this page

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

     12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526272829 

Новости региона

20.02.2020, 09:26

"Срібна голка і нить золота..."

17.02.2020, 16:00

Готуйте картини та резюме!

31.01.2020, 11:15

У полоні «Жіночого образу»

> Персоналии > Визуальное искусство > Топунов Юрий > Перекресток (Стихи для голоса с гитарой)©

 

 

 
 
ПЕРЕКРЕСТОК

На перекрестке

Ветер, ветер
шевелит
Неподвижность глаз,
В свои сети,как магнит,
Завлекая нас.
Разбиваясь о скалу,
Превращается в золу
Память о былых веках,
Промелькнувших в одночас.

Небо, небо
на заре,
Флейты нежный звук.
Боже, мне бы в той игре
Быть хоть тенью рук.
Этот чудный перебор
Снов о песнях древних гор
Меж камней легко скользит,
Улетая на простор.

Горы, горы
вновь и вновь
шорохи и свет.
И сквозь поры течет кровь
Много тысяч лет.
Расплескавшись по кустам
Каплями и тут, и там
Дальше, дальше всё течет,
Радугой меняя цвет.
Лица, лица
чередой
Уплывают вдаль,
То царица, то герой –
Вечная печаль.
Все смешалось, все плывет:
Река Времени не ждет,
Увлекая за собою,
Превращая царства в марь.

Ветер, небо, горы, лица...


Скифы

Скрип колес задымлённых повозок,
Запах пота и ржанье коней.
Бесконечных мелькание дней
И закат, затерявшийся в росах.
Тонут зори в ночной глубине,
Отражаясь на лицах и стрелах;
Ремешком стянут лоб загорелый
И глаза полыхают в огне.

Расстелился над степью туман,
Покрывая цветы и дороги,
И прядет нервно ухом тарпан,
Подбирая испуганно ноги.

Дым костров заползает в овраги,
В кураях заплутавшись навек;
Не замедливши Времени бег,
Проплывают персидские стяги.
Но летит над бездонной Землей
Песня вольного ветра степного,
Возглашая всем снова и снова:
Мать Земля, прах врагов упокой...

Расстелился над степью туман,
Скрыв от глаза людского ожеги,
Тает в розовом мареве стан,
Засыпают уставшие боги.


Боги и люди

Богов торжественный оскал
Среди уснувшей груды скал,
И грозный рокот тьмы небес,
И в ужасе застывший лес.
Реки рифленое стекло,
И Свет и Тьма, Добро и Зло,
Ветвей танцующий узор,
Луны пылающий костер.

Развалин древних тихий стон
Доносит ветер из окон,
В котроых звезд хрустальных пыль
Хранит веков ушедших быль.
И тени вьются и дрожат,
И тонет в дымке светлый взгляд
Прекрасных глаз и птицы рук
Взлетают, не сдержав испуг.

А на ногах дороги свет
И тяжесть вычеркнутых лет,
Покрытых кровью и золой
Да плит кладбищенский покой.
И вновь торжественно плывет
Людской тщеславный хоровод,
Не замечающий оскал
Богов среди уснувших скал...


Царица

Узнав о готовящемся нападении, сарматская царица Амага,
с небольшим отрядом проскакав без остановки довольно
большое по тем временам, расстояние от своей столицы
(район соврем. Аскании-Новой) до Ниаполиса Скифского
(район соврем. Симферополя), сместила скифского царя
и поставила вместо него наследника, верного ей, чем и
решила исход надвигающейся войны…

Смешавши солнце гривы с волосами,
И лишь попону кинув на коня,
Взмахнув, как птица, сильными крылами,
Ворвалася Царица в царство дня.
Из-под копыт
земля летит,
А конь хрипит
зрачком косит,
И скалит зубы,
в пене губы –
Стрелою выпущен в зенит.

И Солнце загорается в глазницах,
В колчане стрелы жаждут песню спеть,
Нарушены все зримые границы
Мечты и яви – только блещет медь.
Из-под копыт
земля летит,
А конь хрипит
зрачком косит,
И скалит зубы,
в пене губы –
Стрелою выпущен в зенит.

И степь послушно стелит под копыта
Ковер из трав, цветов и ковыля.
И годы за мгновения прожиты,
Ведь вечны только Небо и Земля.
Из-под копыт
земля летит,
А конь хрипит
зрачком косит,
И скалит зубы,
в пене губы –
Стрелою выпущен в зенит.

Но бесконечно длится эта скачка,
Чтоб Временем Пространство одолеть...
И сквозь века безумная гордячка
Навстречу ковылям будет лететь.
Из-под копыт
земля летит,
А конь хрипит
зрачком косит,
И скалит зубы,
в пене губы –
Стрелою выпущен в зенит.


Амазонки

Июльский полдень. Степи звон,
На горизонте клубы пыли.
А я, зарыв лицо в ковыле,
Смотрю один и тот же сон.

Коней крылатых дикий лёт
И бронза тел пружинно-гибких,
В глазах свирепых – синий лёд,
И лик, не знающий улыбки.

А локон, вьющийся чуть-чуть,
Плетется с гривою в полете
И стрелы на высокой ноте
Поют, целуя прямо в грудь.

И нет спасенья ниоткуда,
Коль меч не быстр, глаз не остёр,
Лишь тел мужских безмолвных груды
Готовы в жертвенный костер.

Но длится это сон покуда,
Плывя над степью миражём...
И кто-то медленно ножом
С меня снимает молча путы.

И на негнущихся ногах
Иду сквозь стан, от крови пьяный.
Исчез мгновений первых страх,
Уж затянулись мои раны.

И у костра присев, гляжу:
Исчезла с ликов злость, свирепость,
Не давит грудь доспехов крепость
И мягкость тела нахожу.

Глаза в глаза, в одно дыханье,
В один огромно-пьяный смерч;
Но в этом смерче даже смерть
И та полна очарованья.

Но знаю, - точно до рассвета
Отпущена мне жизнь в кредит,
И ждет дорога через Лету,
И память душу бередит...



Путь ариев

Мы бредем сквозь заводи эпох,
Растекаясь, как ручьи весной.
Ведает путями только Бог
Да дорога в тишине степной.

Солнца свет – надежда и оплот,
Месяц в рог трубит, закрыв глаза;
На Восток бредет, бредет народ,
Затянув потуже пояса.

Наши лица жжет слепящий зной,
Пригибая головы к груди,
А вокруг врагов несметный рой
И намного больше впереди.

Солнце – нам надежда и оплот,
Месяц в рог трубит, закрыв глаза,
Но мы знаем – есть лишь путь вперед,
И уверены, что нет пути назад.

Вот и горы к небу вознеслись,
Белые вершины в облаках
Величаво смотрят сверху вниз,
Иней оставляя в волосах.

Солнце, улыбаяся слегка,
За вершины зацепившись, ждет,
Смахивая с пиков облака,
Пылью припорошенный народ.


Стена

Старинная стена,
Вся в трещинах и ранах,
На берегу одна
Уже века стоит.
Лишь ворон – давний друг,
С ним вечность и туманы,
Да у подножья луг
Слезами рос блестит.

Старинная стена
Глазницами пустыми
На мир обращена,
Как черепа оскал.
Зеленый чахлый куст
Один на гребне стынет
Под ветром ледяным,
Беспомощен и мал.

Стена ушедших снов
Одна на целом свете;
И лепестки цветов
Кружат над ней, как дым.
А на лугу галдят,
Смеются звонко дети,
И сердце от тоски
Кривляется, как мим...


***
Когда мы стоим у порога,
То ярче становится свет.
И больше не просим у Бога
Ни жизни, ни славы
И в душу не льется отрава
От прожитых лет.
Когда мы стоим у порога,
То «да» превращается в «нет».

Когда мы подходим к границе
Меж завтра, вчера и сейчас,
Стираются в памяти лица
И будто в тумане
Вдруг солнце проглянет,
Но только уже не для нас,
Когда мы подходим к границе,
Когда наступает наш час.

Когда уже ставится точка
На белой канве Бытия,
В душе обрывается строчка
И звуки стихают,
И в Вечности тают,
А с ними летит наше Я,
Когда уже ставится точка
На самом краю Бытия.

 
 

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.