on-line с 20.02.06

Арт-блог

06.02.2020, 09:16

Февраль 2020

Мело, мело по всей земле Во все пределы. Свеча горела на столе, Свеча горела. Как летом роем мошкара Летит на пламя, Слетались хлопья со двора К оконной раме. Метель лепила на стекле Кружки и стрелы. Свеча горела на столе, Свеча горела. На озаренный потолок Ложились тени, Скрещенья рук, скрещенья ног, Судьбы скрещенья. И падали два башмачка Со стуком на пол. И воск слезами с ночника На платье капал. И все терялось в снежной мгле Седой и белой. Свеча горела на столе, Свеча горела. На свечку дуло из угла, И жар соблазна Вздымал, как ангел, два крыла Крестообразно. Мело весь месяц в феврале, И то и дело Свеча горела на столе, Свеча горела. Борис Пастернак

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Locations of visitors to this page

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

     12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526272829 

Новости региона

20.02.2020, 09:26

"Срібна голка і нить золота..."

17.02.2020, 16:00

Готуйте картини та резюме!

31.01.2020, 11:15

У полоні «Жіночого образу»

> Персоналии > Визуальное искусство > Топунов Юрий > Реквием (Венок сонетов)©

 

 

 

Реквием
Венок сонетов

Моему отцу,
май 2000 года

1.

Я в Смерти лик смотрел, не отрываясь,
Калины горькой надкусивши плод
И знал: Она ко мне еще придет,
Хоть не за мной пока явилась. В мае

Цветов перебирая хоровод,
Хрусталь прозрачных пальцев заломила,
И крылья распустивши над могилой,
Сдержала струи поднебесных вод.

Погостов и ристалищ древних жрица,
Имен безвестных и великих череда,
Глаза закроешь – и во сне Она явится,
Накрыв плащом леса и города.

И вдруг, на древо Жизни сядет птицей,
Сорвав печать запретного плода.


2.

Сорвав печать запретного плода,
Раскрыл пожар небес свои зеницы
И над Землей поплыли чьи-то лица,
Сквозь мысли, расстоянья и года.

Разорван саван меркнущей весны,
И маски сорваны, развеяны заклятья.
На нас глядят меньшие наши братья,
Чуть опьяневшие от серебра Луны.

И вдруг ударил пульса бой в виски,
Взыгравши на расстроенных ладах,
И скрылися из глаз материки,
И утонула в Вечности вода.

А в небо уходили старики;
Шептали губы: «Это навсегда...».


3.

Шептали губы: «Это навсегда...»,
А разум разрывало от сомнений,
И местности неоспоримый гений –
Полз старый Змий, затерянный в годах.

Стоял вопрос, мерцая и звеня,
Хотя вопросом вовсе не казался,
Он будто бы чего-то опасался,
Но не понять – себя или меня.

И ветер гнал пушистые стада,
По небу вширь беспечно растекаясь,
Не верилось, что вот грядет беда...
В Безвременьи, под дланью Жизни маясь,

Спросил: «Дано мне это навсегда?»
«На время лишь...» – Она мне улыбаясь.


4.

«На время лишь...» – Она мне улыбаясь,
Промолвила, - «тебе нести сей крест».
И я побрел сквозь тьму пустынных мест
Куда глаза глядят. Греша и, нет, не каясь.

Как грустна и бездонна Пустота
В душе, которой нет уже возврата,
Ее кристалл не весит ни карата,
Цена ей – суета и маета.

Разорвана канва связи времен,
Исчерпаны пределы пониманья,
И долгий, долгий колокольный звон
Предшествует прощению прощанья.

Паря душою, таю среди крон,
Вдруг ощутив непрочность Мирозданья.

 

5.

Вдруг ощутив непрочность Мирозданья
Мой мозг опору в мысли потерял,
И в памяти безудержно искал
Он искры уходящего сознанья.

Незримых уголков моей души
Касались нежно неземные руки
И, обретя надежду в огне муки,
Я душу безнадежно иссушил.

Мелькали образы, картины и виденья,
Не связанные мыслью и умом, -
Доведенный до светопреставленья
Стремительно летящий черный ком.

И осознал я все это в мгновенье,
Скорее не умом, а животом.


6.

Скорее не умом, а животом
Мы познаем пути Судьбы земные, -
В мечтаниях рисуются иные,
Чем наяву – Гоморра и Содом.

Но светлых судеб яркие зарницы
Бывает озаряют все на миг,
И будит душу пенье или крик
То соловья, то сойки, то синицы.

И медлим мы листок календаря
Сорвать, дыша, подобно рыбе, ртом,
Рукой дрожащей что-то ищем зря,
Меняя такт, не попадая в тон.

И увлекает за собой Заря,
Прощанья миг оставив на потом.


7.

Прощанья миг оставив на потом,
В бескрайность Мрака дух мой устремился,
Но, словно птица, судоржно забился
В сетях, которые поставил Метроном.

В теченьи Времени широкими шагами
Он шел, смущая души и умы,
Со Смертью весело прядя из кутерьмы
Нить Мирозданья ловкими руками.

Разбив в осколки чашу Бытия,
Воссоздавая новой Жизни зданье,
Они, блестя, как два лесных ручья,
Поили Мир водой непониманья.

И чтоб не слышать криков воронья,
Я погрузился в волны подсознанья.


8.

Я погрузился в волны подсознанья,
Рискуя затеряться в темноте,
Но маяком вдали светили те,
Кто нас хранит любовью и вниманьем.

Я шел по залам гулким и пустым,
Где тишина змеей вползает в уши,
Где души неземная жажда сушит,
Где не понять: ползем мы иль летим.

Где проступают лики, числа, знаки
На разноцветной мраморной стене,
Как в поле ржи вдруг зацветают маки
И реют в золотистой глубине.

И несмотря, что я стоял во мраке,
Светился Мрак в бескрайней Тишине.


9.

Светился Мрак в бескрайней Тишине,
И вдаль манил, как будто обещая
Свет тихой радости в садах беспечных Рая,
Что затаились где-то в синеве.

И этот свет, из ничего возникший,
То гас, то разгорался, то мерцал;
Он вел сквозь темень лабиринтов зал,
И был наполнен смыслом истин высших.

Раскрыты двери сумрачных надежд,
Настало время горечи успенья
И на глаза спустилась тяжесть вежд,
Чуть притупив души усталой зренье.

И тронулся торжественный кортеж –
Умерших звезд крылатые виденья.


10.

Умерших звезд крылатые виденья
Ласкают щеки, вьются возле глаз,
Между колон и люстр, между ваз,
Стоящих по-над стенкой, в полутени.

Сплетая из неведомых цветов
Венки и подлогая их под ноги
Идущих по невидимой дороге,
Утративших азы первооснов.

Но свет Зари уже не увидать,
Потерян звук оборванный в струне,
И остается только замолчать,
Плетя узоры в звездной пелене.

И сквозь века, кого лишь мог я знать,
Из далека стремилися ко мне.


11.

Из далека стремилися ко мне
Ушедших души. На их плечи руки
Легли печально-нежно, но без муки, -
Так мы грустим ночами при Луне.

В плащах, что сотканы из золота и света,
Их бесконечен путь и чередой
Плыли легко, как чайки над водой,
Парящие на крыльях светлых ветра.

И погружая губы в лоб горячий,
Мелькнув перед глазами быстрой тенью,
Все знавшие меня, так иль иначе,
Шептали на ухо. И, преклонив колени

Я перед ними, захлебнулся в плаче,
А из небес лилось над Миром пенье.

 

12.

А из небес лилось над Миром пенье
Под ровный гул больших колоколов,
Где у ворот с ключами Рыболов
Поглядывал на реку в нетерпеньи.

И Лета мимо, водами играя,
Неслась неслышно, гордо и бесстрастно,
Но лишь на вид была она опасна –
Бояться нечего стоящему у края.

Но, показавшись вдруг из-за колон,
Челнок скользнул по призрачной волне
Наперерез потоку, напролом
Стремился он к несбыточной весне.

Но лишь вода, - и сзади за веслом,
И впереди, - в туманной пелене.


13.

И впереди, - в туманной пелене,
Раскинувшись от края и до края,
Плыл над водой, огнем во тьме мерцая,
Огромный Мир. Он не знаком был мне.

Но не было ни знаков, ни указок,
Лишь что-то говорило тихо мне:
Здесь все, кто пал на праведной Войне
И отошел на веки в мир из сказок.

И благостно над волнами звучал
Незримый голос неземного пенья,
Светился, приближаяся причал, -
Конец пути к бессмертью от успенья;

А впереди, меж блещущих зеркал,
Шел кто-то ввысь, по призрачным ступеням.


14.

Шел кто-то ввысь, по призрачным ступеням
И сыпались цветы с его одежд –
Цветы любви безмерной и надежд,
Цветами Путь был весь его усеян.

За Ним идти безмерно далеко,
Но сказано, что нет Пути иного:
Лишь отдавшись на волю Всеблагого,
Глаза закрывши, воспарить легко...

Вставал рассвет усталый за окном,
И птицы щебетали, надрываясь.
Стоял один. И думал об одном
В тот миг за все грехи уже раскаясь.

Была весна. Был яркий свет. Был дом.
Я в Смерти лик смотрел, не отрываясь.


15.

Я в Смерти лик смотрел, не отрываясь,
Сорвав печать запретного плода.
Шептали губы: «Это навсегда...»,
«На время лишь...», - Она мне, улыбаясь.

Вдруг ощутив непрочность Мирозданья
Скорее не умом, а животом,
Прощанья миг оставив на потом,
Я погрузился в волны подсознанья.

Светился Мрак в бескрайней Тишине,
Умерших звезд крылатые виденья
Из далека стремилися ко мне,
А из небес лилось над Миром пенье...

И впереди, в туманной пелене,
Шел кто-то ввысь, по призрачным ступеням.

 

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.