on-line с 20.02.06

Арт-блог

13.05.2015, 09:45

May

Random photo

Voting

???

Система Orphus

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Calendar

  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

News

01.08.2015, 13:17

Crazzzy Days

13.05.2015, 09:52

den-evropyi-v-hersone---2015

> People > CULTURE > Khmel` Victor Adol`fovich > Шпионская сеть на юге Украины

 

Шпионская сеть на юге Украины

В преддверии Первой мировой войны многие газеты Российской империи, в том числе и херсонские, сообщили сенсационную новость: на одном из российских заводов, занимавшихся разработкой и сборкой нового армейского пулемёта, произошло чрезвычайно неприятное происшествие

Уже были проведены успешные испытания нового стрелкового оружия, и пулемёт должны были представить на суд самому Самодержцу, который, кстати, был ярым противником автоматического оружия, полагая, что стрельба очередями ведёт к большому перерасходу боеприпасов и обнищанию государственной казны. Но произошло ЧП - пулемёт исчез! И это со строго охраняемого, как теперь бы сказали, «режимного» предприятия! Причём вместе с пулемётом исчезла и вся секретная документация, хранившаяся в запертом сейфе у главного конструктора.

Конечно, на ноги были подняты все военные, полицейские и жандармские ведомства, тайные агенты и осведомители, но все их действия оказались малоэффективными, пулемёт и документацию отыскать не удалось. Следствие пришло к выводу, что следы похищенного терялись в густой сети немецкого шпионажа, особо активизировавшегося именно в период предвоенного времени.

Стоит отметить, что контрразведка империи довольно часто фиксировала и время от времени предавала огласке случаи острого интереса к государственным военным тайнам со стороны Германии. А проявив немного внимания и проанализировав доступную широкому кругу обывателей информацию, можно было без особого труда отыскать германский шпионский след даже в русских газетах предвоенного периода, которые были полны весьма двусмысленных объявлений и прямых приглашений к сотрудничеству. К примеру, нередко можно было встретить такое объявление: «До 20 тысяч годового дохода (деньги весьма приличные, на которые можно было купить роскошную квартиру в столице. - А. 3. ) и больше могут иметь господа офицеры, чиновники и лица из высших кругов общества в качестве представителей заграничных фирм... ». Далее следовал адрес, по которому нужно обратиться заинтересовавшимся лицам. Чаще всего по этим адресам располагались явочные квартиры германской разведки. Кто знает, сколько чиновников и офицеров русской армии, попавшихся на крючок «представительства заграничных фирм», продавали секреты своей страны за германские деньги. К тому же разветвлённая шпионская сеть, состоявшая из подданных Германии, осевших на просторах империи ещё со времён «великого переселения», инициированного императрицей Екатериной II, также давала свои, весьма существенные результаты. Похоже, ещё задолго до сараевского конфликта Германия готовилась к боевым действиям на территории соседних государств.

В 1914 году достоянием читателей херсонских губернских газет стала история шпионской деятельности главы германского вице-консульства соседнего Николаева, купца Франца Фришена. Бывший вице-консул Нидерландов, сорокалетний бременец Фришен, сменивший на этом посту германского купца Фридриха Геллера, который также подозревался в промышленном и военном шпионаже, развил в Николаеве широкую деятельность и добился весьма существенных результатов.

Обладатель крупного капитала Фришен входил в целый ряд серьёзных русских акционерных обществ, в том числе связанных со стратегической спецификой, таких, как постройка железных дорог и перевозка по ним грузов или строительство судов, в том числе и военных. Был членом николаевского биржевого комитета, учётного комитета Николаевского отделения Русского для внешней торговли банка, а его «Торговый дом Фришен и К0» - крупнейшим экспортёром зерна на юге страны. Даже строительство мощного по тем временам Николаевского торгового порта не обошлось без деятельного немца. С 1897 года, после того, как был Высочайше утверждён устав Русского общества плавучих элеваторов в южных портах (Одесса, Николаев, Херсон, Очаков и пр.), Фришен стал председателем его правления. Без Фришена не обходился ни один раут в высшем обществе и даже важные заседания, на которых без опаски обсуждались вопросы, представлявшие определённую военную или коммерческую тайны.

Как оказалось впоследствии, русская контрразведка уже давно подозревала немца в шпионской деятельности, и с целью выявления окружавшей его агентуры с 1909 года за ним было установлено негласное наблюдение. Похоже, кого-то из подельников немца и вправду обезвредили, но вот за самим Фришеном всё же не уследили. Буквально за полгода до начала войны с Германией глава николаевского консульства вдруг внезапно исчез, бросив на произвол судьбы свою недвижимость, оставив филёров и контрразведку с носом. Потом, местные газеты писали, что вынырнул Фришен уже у себя на родине и сразу сделал весьма крупное финансовое вложение в пользу германской армии. Кстати, ещё поговаривали, что большая часть (более миллиона золотых рублей) фришенского капитала, обеспечивавшая ему вес в Николаеве, принадлежала самому Вильгельму II.

После бегства Фришена в обширном саду его николаевского дома, была обнаружена странная, добротно устроенная бетонная площадка неизвестного назначения, заставившая поломать голову не одного исследователя. Поговаривали даже, что площадка была основой для быстрого возведения причальной мачты для германских военных дирижаблей, которые Германия интенсивно строила и развивала ещё с конца XIX века. Наконец, буквально на другой день после начала войны в «Николаевской газете» издателя Афанасьева промелькнуло сообщение о пожертвовании бывшим «николаевцем» Фришеном крупных средств на войну с Россией.

Конечно, в газеты попало совсем немногое, а лишь то, что следовало бы знать местным обывателям. Основные же сведения о шпионской сети, действовавшей на наших югах, остались в ведении архивов контрразведки.

Не менее загадочными, чем Фришен, оказались и другие представители германской, шпионской паутины, действовавшие непосредственно на южных судоверфях: уроженец Херсона инженер завода «Наваль», а по совместительству резидент германской разведки Виктор Верман и инженеры того же предприятия Моор и Ганн.

В газетах упоминается и некий инженер-предприниматель Гиттерман, впоследствии изобличенный как германский шпион. Этот также специализировался на военных судах, в частности миноносцах, которые в соответствии с решением Военно-морского министерства стали собирать на некоторых частных судостроительных верфях на средства Комитета по усилению военного флота на добровольные пожертвования.

Так, на николаевском заводе «Наваль» французского Общества Николаевских заводов и верфей с 1912 года велась сборка четырёх эскадренных миноносцев для Черноморского флота. Это эскадренные миноносцы «Беспокойный», «Дерзкий», «Гневный» и «Пронзительный». Кроме того, «Наваль» получил заказ на изготовление турбин и котлов для строившегося на николаевской верфи «Руссуд» (Русское судостроительное акционерное общество), линкора «Императрица Мария», погибшего впоследствии при взрыве в бухте Севастополя, о котором будет речь чуть позже.

Ещё три миноносца под руководством специалистов Путиловского завода собирали в Херсоне, на новой верфи Александра Вадона на Карантинном острове - «Счастливый», «Пылкий» и «Быстрый». По-видимому, в случае успешной сдачи государственного заказа предприниматель собирался расширить производство, так как местные херсонские газеты сообщали, что «кроме сборки эсминцев А. Вадон ведёт переговоры с морским министерством для постройки подводных лодок. Так что для шпионов открывалось широкое поле деятельности.

Уже упоминавшийся здесь Гиттерман проявлял большой интерес к строившимся военным кораблям и даже добился разрешения не единожды посетить верфи, где они строились, в том числе и херсонскую. Доподлинно неизвестно, однако вполне возможно, что это именно он или, скорее, кто-либо из его агентов приложил руку к пожару, случившемуся 26 ноября 1914 года на верфи Александра Вадона.

Сравнение мощных и уже зарекомендовавших себя николаевских судоверфей с «юной» ещё, основанной именно для выполнения заказа по сборке трёх эсминцев херсонской верфью Вадона, конечно, не в пользу последней. И хотя согласно контракту 1911 года об аренде земли на Карантинном острове и устройстве здесь временной (до 1924 года) верфи, заключённому меж предпринимателем и городским самоуправлением, Александр Вадон обязался оградить предприятие глухой изгородью, судя по редким фото, дошедшим до нас, ограда была относительной. Так что проникнуть на территорию верфи в тёмную ноябрьскую ночь было проще простого.

Разбушевавшийся на верфи пожар натворил немало бед: полностью уничтожил столярную и такелажную мастерские, сгорел материальный склад с компонентами оборудования эсминца «Быстрый». Серьёзный ущерб поставил под угрозу сроки спуска корабля на воду. Хорошо ещё, что Вадон нашёл общий язык с руководством николаевского «Наваля», которое пошло навстречу - согласилось заменить сгоревшее оборудование «Быстрого» оборудованием эсминца «Поспешный», на котором ещё продолжались корпусные работы.

А ещё сборке миноносцев к сроку (по крайней мере, в Херсоне) мешали забастовки, инициируемые путиловскими рабочими (а может быть, вовсе но ими?), у которых заработки вместе со сверхурочными превышали заработки херсонских рабочих завода Вадона чуть ли не в три раза. К путиловцам примыкали и местные рабочие, в основном низкоквалифицированные, которым точно уж терять было нечего

Отголоски дореволюционных событий ощущались и после установления в бывшей самодержавной стране советской власти и даже иногда проливали свет на произошедшие в прошлом трагедии. Скажем, проведённое по горячим следам следствие в отношении построенного в Николаеве и погибшего в 1916 году в Севастопольской бухте линкора «Императрица Мария» так и не смогло установить истинную причину катастрофы. Косвенно одной из причин называли диверсию, однако к единому мнению так и не пришли.

Зато в материалах ОГПУ Украины более позднего, советского периода имеются сведения о разоблачении в 1933 году германской шпионской группы, возглавляемой уроженцем Херсона Виктором Берманом, 1883-го года рождения. Начав свою трудовую деятельность ещё до революции на николаевской верфи завода «Наваль», где работал в отделе судовых машин, к 1908-му году Верман играл не последнюю скрипку в группе немецких инженеров, занимавшихся шпионажем и диверсиями. Очень скоро несколько удачных дел и проявленные при этом незаурядные деловые качества позволили Верману занять высшую ступень в шпионской организации и возглавить обширную южную разведсеть. К тому времени он уже поменял место работы на верфи завода «Наваль» на верфь «Руссуда», где в июне 1911 года был заложен линкор «Императрица Мария», обещавший стать одним из самых мощных кораблей империи на Чёрном море. Активизировав свои действия, резидент окружил строительство корабля своими агентами, имевшими право беспрепятственного посещения стапелей.

Одним из деятельных шпионов-диверсантов его группы был некто электрик Сгибнев, который, кстати, занимался монтажом некоторых участков временного электрообеспечения строившегося линкора и был вхож практически во все корабельные помещения.

Как признавался Сгибнев на допросе в ОГПУ: «Вермана особо интересовало электрооборудование артиллерийских башен». Довольно подозрительно, если вспомнить показания очевидцев о том, что первый взрыв прогремел в пороховом погребе, именно со стороны башни главного калибра. Впрочем, похоже, и Верман, и Сгибнев непосредственного участия в уничтожении русского дредноута не принимали, Сгибнев к моменту гибели «Марии» находился в Николаеве, а Верман был депортирован из страны.

Зато непосредственно в Севастополе оставался другой германский резидент, связанный с Берманом, - инженер-механик Визер со своей группой, которые имели возможность участия в достройке линкора.

Германским агентам стоило спешить, ведь со спуском на воду «Императрицы Марии» соотношение сил противостоявших держав вдруг резко изменилось. Тяжёлый крейсер «Гебен» и лёгкий «Бреслау», переданные Германией своей союзнице Турции, перестали господствовать на Чёрном море и наводить страх на транспортные суда и прибрежные города. Да и военным кораблям флота империи серьёзно доставалось от быстроходных крейсеров с мощным вооружением.

Ровно год со дня прихода в Севастополь «Императрица Мария», действовавшая в паре с линейным кораблём «Императрица Екатерина Великая», удерживали превосходство над противником, пока 20 октября 1916 года в 6 часов 15 минут на линкоре, находившемся в Севастопольской бухте, не прогремел взрыв, унёсший жизни 225-ти человек...

Чуть позднее, в 1918 году, германское командование отметило «особые заслуги» Вермана железным крестом 2-й степени.

В заключение стоит отметить, что изобличённые как германские шпионы в 1933 году Верман (тогда уже занимавший должность начальника одного из цехов николаевского завода «Андре Марти») и электрик Сгибнев отделались практически «лёгким испугом». Советский суд приговорил Сгибнева к четырём годам исправительных лагерей, причём не за шпионскую деятельность в период самодержавной власти. Вермана же просто депортировали в очередной раз в Германию...

Александр Захаров

Джерело інформації: «Гривна-СВ».- №39 (1036).- 30.09.2021.- стр. 5

Публікація першоджерела мовою оригіналу

Leave a reply

Enter the number you see to the right.
If you don't see the image with the number, change the browser settings and reload the page