on-line с 20.02.06

Арт-блог

13.05.2015, 09:45

May

Random photo

Voting

???

Система Orphus

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Calendar

    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

News

01.08.2015, 13:17

Crazzzy Days

13.05.2015, 09:52

den-evropyi-v-hersone---2015

> People > CULTURE > Skorokhod Aleksandr Nikolaevich > Спасти Херсон мог только Суворов

 

Спасти Херсон мог только Суворов

Но за спасение Херсона от турков памятник Суворову стоит в... Очакове

Суворов спокоен
Со дня начала строительства адмиралтейства (военная верфь) Херсон кишмя кишел турецкими и французскими шпионами. Но в течение пяти лет Турция не предпринимала попыток уничтожить строение. Султана вполне устраивала медлительность, с которой Иван Ганнибал готовил к спуску первый корабль, а также мнение французских советников о невозможности проведения мощного линейного корабля из Херсона в море из-за мелководья устья Днепра. Даже когда первый линкор «Слава Екатерины» под охраной фрегата «Херсон» бросил якорь у Кинбурнской крепости в зоне видимости крепости Джанкрименд (турецкое название Очакова), этот факт не встревожил турков. Напротив, комендант крепости через своих обер-офицеров поздравил командира Марко Войновича с первым выходом в море столь блестящего корабля и милостиво разрешил морякам отовариться в лавках крепости.

Когда же пополнение Черноморского флота кораблями херсонской постройки стало постоянным, в турецком диване (совет султана) был разработан план уничтожения Херсона. Русская разведка своевременно информировала князя Потемкина об этом, через посла России в Константинополе Булгакова. План был довольно прост: смять Кинбурнскую крепость, подойти к Херсону и бортовым залпом эскадры превратить адмиралтейство в руины. Параллельно предусматривали и захват Крыма.

Получив это известие, Потемкин чуть богу душу не отдал. С таким трудом начатое строительство флота в Херсоне повисло на волоске от гибели. И самое главное: Екатерина II со свитой и немногочисленной охраной в то время пребывала в Крыму. Куда бросить все силы? Кого или что в первую очередь защитить от турков? Князь делит Южную армию на две части: «...Генералам-аншефам Суворову препоручаю бдение о Кинбурне и Херсоне, Каховскому - стража Таврического полуострова». Потемкин - блестящий администратор и государственный деятель в дни мира. Но он был беспомощен во время войны, порой переходя в отчаяние.

Подобное случилось с ним летом 1787 года. В своих письмах императрице он просит её как можно скорее покинуть Тавриду, умоляет её дать дозволение сдать командование армией фельдмаршалу Румянцеву. Последнему он пишет: «Ведь моя карьера кончена... Я почти с ума сошел... Ей Богу, я не знаю, что делать, болезни угнетают, ума нет». Как маленького дитя, Екатерина II в своих письмах успокаивает светлейшего: «Григорий Александрович! Не унывай и береги свои силы... Оставь унылую мысль, ободри свой дух, подкрепи ум и душу. Это настоящая слабость, чтобы, как пишешь ко мне, снисложить свои достоинства и скрыться. Хорошо бы для Херсона, если бы можно спасти Кинбурн. Не знаю почему, мне кажется, что Суворов в обмен возьмёт у них Очаков». Императрица ошиблась - Суворов сделал и то, и другое.

Только один Александр Васильевич был невозмутимо спокоен. Война для него была работой. А работу надо выполнять, невзирая на эмоции. Получив задание Потемкина, Суворов назначает комендантом Кинбурнской крепости своего соратника, испытанного в сражениях генерала Ивана Реку и срочно вызывает в Херсон строителя цитадели Франца де Волана для её реконструкции.

С целью обеспечения безопасности Херсона генерал-аншеф предпринимает следующее: де Волану приказано вдвое увеличить численность артиллерии Кинбурнской крепости с соответствующими этому укреплениями и создать два редута (полевое укрепление) - Александровский и Павловский (сейчас сёла Геройское и Рыбальче). Дислоцировать пехотный полк в селе Александровка (Белозерский район), а от Станислава до Софиевки (Белозерский район) расположить два пехотных и один драгунский полки и вдоль лимана 24 морских орудия. Херсон усилить тремя пехотными полками и пятью артиллерийскими батареями, пристреляв каждый квадратный метр Днепра на подходе к адмиралтейству. Вход в Днепр со стороны лимана перекрыть тремя корпусами кораблей, которые при затоплении блокируют вход турецкой эскадры в рукав реки, ведущей к Херсону (150 м длины).

Подобные меры Суворова носили двоякий смысл: обеспечить безопасность Херсона в случае взятия Кинбурнской крепости и скрыть от турков свой основной замысел. В него не был посвящен никто из ближайших штаб-обер-офицеров. Уж очень большой была ставка - быть или не быть Херсону. Его судьба была только в руках Суворова.

Начало
13 августа 1787 г. турецкая эскадра из одиннадцати кораблей на траверзе Кинбурн - Очаков напала на корабли «Скорый» и «Битюг». От неминуемой гибели их спасла наступившая темнота, под прикрытием которой они ушли в Херсон.

20 августа под стенами Очакова расположилась турецкая флотилия из 25 кораблей. Её целью была поддержка морского десанта для уничтожения Кинбурнской крепости. Это невзрачное укрепление, расположенное на узкой косе, далеко выступающей в море, имело ключевое стратегическое значение для взятия Херсона турками. Крепость, подобно воротам, закрывала флоту вход в Днепровский лиман.

1 октября, на самое празднование Покрова, когда Суворов и офицеры присутствовали на божественной литургии, шестьсот турецких орудий начали артподготовку. Ещё не затихли звуки канонады, как сотни десантных лодок направились к косе. Командующий, получив известие об этом, богослужение не остановил. Обер-офицеры были в недоумении: как можно дать врагу высадиться, окопаться и закрепиться на плацдарме! Они просто не знали, что в план Суворова входило не отбить, а уничтожить десант, заманив его в ловушку. Ведь соотношение сил было далеко не в пользу Суворова: 1700 штыков и сабель наших воинов против 5000 отборных десантников плюс артприкрытие турецкой эскадры.

Первая атака
Турки приблизились на расстояние не более двухсот шагов от крепости. Они уже забили в барабаны, развернули зеленые знамена, дервиши-бекташи (в нашем понятии - комиссары, политруки) призывали к бою. В это время закончилась литургия, и Суворов, едва переступив порог походной церкви, взмахнул обнаженной шпагой. С крепостных батарей грянул залп такой мощности, что бывалые солдаты открыли рты, чтобы не лопнули барабанные перепонки. Слева на турецких десантников с криком и свистом ринулись казаки полковника Иловайского, справа - Орловский пехотный полк без единого выстрела бросился в штыковую атаку. Первые ряды турков были изрублены и переколоты, но и Орловский полк потерял почти всех солдат.

Вторая атака
Этот бой мог стать для Суворова последним дважды. Во время введения в бой двух батальонов Козловского полка пушечным ядром снесло голову лошади генерала. И его тут же чуть не зарубил янычар. Вовремя подставленный штык гренадера Степана Новикова спас Суворова. Не успев оседлать нового коня, генерал был ранен картечью в левый бок. Секундой позже его накрыл толстый слой песка от взрыва ядра. Позднее Суворов писал: «Был от смерти на полногтя». Придя в сознание и после перевязки раны генерал дал передышку своим солдатам. Да и турки вернулись в свои окопы.

Третья атака
Вечерело. Обессиленные турки, зная о потерях русских, готовились к ночному отдыху. Но они недооценили смелость и непредсказуемость генерала в достижении конечной цели - Победы. Вот что писал сам полководец в реляции Потемкину: «Оставалась узкая стрелка косы до мыса сажен сто (215 м). Мы бросили неприятеля в воду... Артиллерия наша его картечами нещадно перестреляла. Победа совершенная. Незадолго перед полуночью мы дело закончили, и перед тем я был ранен навылет пулею... было варваров 5000 отборных морских солдат; из них около 500 спастись могло. В покорности моей четырнадцать их знамен перед вашу светлость представляю».

Виктория!
Весть о победе пронеслась по всей империи. На заседании Сената Екатерина II отметила: «Александр Васильевич всех нас поставил на колени, жалко только, что его, старика (57 лет - авт.), ранили». Императрица пожаловала ему высший орден Андрея Первозванного и золотой плюмаж на треуголку с алмазной буквой «К» (Кинбурн).

Солдаты преподнесли своему кумиру купленное в складчину роскошное Евангелие, весившее тридцать восемь фунтов (15,2 кг) и огромный серебряный крест. Командующий армией Григорий Потемкин выслал Суворову «девятнадцать медалей серебряных для нижних чинов, отличивших себя в сражении». При этом солдаты должны были сами избрать из своих рядов достойных награждения.

Первый памятник
Инициатором увековечивания Суворова на Кинбурнской косе был его внук Александр Аркадьевич Суворов. Накануне празднования 50-летия победы под Кинбурном по модели скульптора Василия Демут-Малиновского был отлит бронзовый бюст полководца. Внук Суворова сопровождал из Петербурга в Херсон скульптурное изображение деда.

Памятник со всеми воинскими почестями, соответствующими рангу Суворова, установили на плацу Кинбурнской крепости. Оградой служили трофейные турецкие пушки.

Второй памятник
Редко в истории бывает, что, по разным причинам, за одну и ту же заслугу человеку ставят памятник дважды. Уж больно великой должна она быть, чтобы не стерлась со временем в памяти людской.

...В 1854 году, во время Крымской войны, английские корабли подошли к Кинбурнской крепости. А она к тому времени настолько обветшала, что давно не соответствовала требованиям того времени как по орудийному вооружению, так и по системе расположения укреплений.

Зная это, и чтобы избежать напрасного кровопролития, её комендант выбросил белый флаг. Англичане погрузили на свои корабли все самое ценное, а также бюст Суворова вместе с турецкими стволами морских орудий (судьба похищенного неизвестна поныне). Гнев императора Николая I за сдачу крепости без боя был настолько велик, что он приказал Кинбурнскую крепость сравнять с землею.

К 120-летию со дня победы коса представляла из себя заболоченную местность, поросшую камышом. Потому торжество и открытие нового памятника, посвященные победе Суворова при Кинбурне, решили провести в 1907 году поблизости, в Очакове. На памятнике Суворов изображен в разгаре сражения: левая рука прижата к ране, на лице гримаса боли, а устремленная правая - словно приказ: «Вперёд! Только Виктория!»

P. S. Суворов был не только гением военной стратегии, но и Человеком. С большим чувством юмора и лиризма он описал ход Кинбурнского сражения и красоту нашего края в письме своей дочери Наташе, которой исполнилось 12 лет: «Суворочка, душа моя, здравствуй! Ты меня порадовала письмом... У нас все были драки (Кинбурнское сражение - авт.). Сильнее, нежели вы деретесь за волосы, а как взаправду потанцевали (повоевали - авт.), то я с балету вышел (покинул поле боя - авт.): в бок - пушечная картечь, в левой руке от пули дырочка да подо мною лошади мордочку отстреляли; насилу часов через восемь отпустили с театру (поля боя - авт.) в камеру (лазарет - авт.).

Как же весело на Черном море, на лимане! Везде поют лебеди, утки, кулики, по полям жаворонки, синички, а в воде стерлядки, осетры, пропасть. Послал бы к тебе полевых цветков, да дорогой высохнут. Прости, голубушка, Христос-Спаситель с тобою.
Отец твой Александр Суворов».

Все даты в публикации указаны по старому стилю.

Александр Скороход

Джерело інформації: «Гривна».- №39.- 24.09.2002

Leave a reply

Enter the number you see to the right.
If you don't see the image with the number, change the browser settings and reload the page