on-line с 20.02.06

Арт-блог

07.02.2019, 11:25

Февраль-2019

Б Пастернак Февраль Достать чернил и плакать https://www.youtube.com/watch?v=Ba0t9sndAqg

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Locations of visitors to this page

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728   

Новости региона

29.01.2019, 12:08

Дозволь собі бути щасливим

25.01.2019, 10:00

Відбувся флеш-моб «Моя стрічка-моя згода!»

16.01.2019, 10:38

“Краща книга Херсонщини”

> Персоналии > КУЛЬТУРОЛОГИЯ > Хмель Виктор Адольфович > Херсон - город нескучный. 19 часть

Херсон - город нескучный. 19 часть

Старый, совершенно незнакомый нам нынешним Херсон был продуктом своего времени, со своей многоступенчатой структурой развлечений, присущих тем или иным слоям общества. И если интеллигенция предпочитала, скажем, театральную классику в исполнении лучших актёров того времени, то простому, не искушённому в искусстве люду чаще всего это казалось скучным и неинтересным.

Окраинный «трон» - любимое развлечение простой публики
В качестве любимого развлече­ния сие общество выбирало сугубо народное театральное действо, называвшееся «трон». Причём, по­чему оно носило это название, нам, современным, не имеющим понятия о происходящем, остаётся тайной.

Как описывал такой стихийный спектакль один из сторонних наблю­дателей, это было представление без определённого смысла и чётко выстроенной сюжетной линии. Зато в нём было всё то, что так нравилось простому люду: стрельба, крики, погони, выпивка...

Конечно, находились интелли­гентные, образованные личности, пытавшиеся изменить подобные народные взгляды и приобщить тёмное население к настоящей культуре. Действующие в городе любительские театральные круж­ки занимались просветительской деятельностью, с разрешения вы­шестоящего начальства устраивали, как им казалось, близкие и понятные для простой публики спектакли по пьесам “народных”, в том числе и малороссийских драматургов.

Но, как отмечал один из участ­ников таких спектаклей в газете: «Пробовали поставить и показать им спектакль по пьесе Гжоля - успеха не имели. Публика оживилась лишь во время сцены застолья кумовьёв, громко обсуждали, кто и сколько выпил и кто правдоподобнее сыграл пьяного...».

Народный маскарад на Забалке
Херсонский литератор Алексей Кручёных вспоминает о другом, став­шем также традиционным, развлече­нии не слишком притязательного общества в Херсоне, - о так называе­мом народном маскараде, который в начале XX века обычно ежегод­но проходил на Арнаутской улице в последние дни Масленицы. Это было поистине народное действо, собиравшее большое количество гостей со всего города, в том числе и любопытствующую интеллиген­цию, желавшую поближе познако­миться с народными традициями.

Как упоминает Кручёных, к мас­караду начинали готовиться загодя, шили и клеили маскарадные костю­мы, маски, да так, чтобы посмешнее да подурашливее.

На маскараде, кроме различных костюмов и масок, обязательно присутствовали главные персоны, которые «творили действо» и задавали тон народному гулянию: «Янкель», «Капан», «Цыган с медве­дем», старьёвщик «Кости-тряпки», «Барыня с Лекарем» и «Чёрт»... На протяжении всего маскарада эта весёлая компания, подогретая горя­чительными напитками, разыгрыва­ла небольшие, иногда даже пошлые интермедии, которые очень нрави­лись местным участникам, зрителям и гостям. Публика, находясь подшо­фе по причине изобильной торговли спиртным, веселилась, как могла.

Правда, чаще всего это народ­ное гуляние заканчивалось самым прозаичным образом: «Изрядно выпившие гости и хозяева заполняли собой всю улицу и, уже не соблюдая элементарных правил движения, качались из стороны в сторону, от одного забора к другому.

Непризнанные городские кава­леры-ферты (на языке шестидесятых годов XX века - стиляги) приставали к приличным девицам, на защиту которых вставали забалковские парни. Завязывались небольшие дуэли в форме мордобития. Или маска, оставаясь инкогнито, обнару­живая, что его барышня кокетничает с другим, под любым предлогом налетал на соперника. Масса быст­ро реагировала на любой инцидент и тут же бросалась разборонять де­рущихся, увеличивая тем самым количество кулаков с одной и с другой стороны. Стоило крикнуть одному: “Рогатских бьют!’’, как скопище де­рущихся увеличивалось в несколько раз. Драка принимала размеры по­боища, невозможно было разобрать, кто кого. На одном конце улицы кричали:

- Нашим шпангоуты рыхтують!

На другом орали:

- Не дрейфь, меть по кумполу!

Битва становилась повальной, охватывая квартал за кварталом...»

Да, умели в Херсоне веселиться в те далёкие времена!

А уж каким ключом било веселье на херсонской свадьбе, можно су­дить по интервью сотрудника местной газеты «Родной край» с одним из гостей, веселившимся на свадьбе в далёком 1914 году:

«- Хорошо ли погуляли?

- Сначала хорошо, а потом хуже.

- Чем хуже?

- Драка была, дяде Семёну мор­ду отдавили. Сначала-то всё было честь по чести, пили, закусывали. Потом дядя Семён слабым оказал­ся, свалился под лавку. А тут как на грех Гришка Косой на гармонике играть начал. Васька Кудряш в пляс пустился да ненароком наступил дяде Семёну на морду, тот заорал. А Машка-то разозлилась, что мужа обижают, схватила кочергу да хотела Кудряшу съездить. Да ненароком попала по лампе и жениху по голове. Лампа вдребезги, а жених не разо­брал, в чём дело, и думал, что это его Гришка Косой сзади съездил. Да как развернётся ему по башке! Косой хотел дать сдачи, да и зацепил по носу свёкра. Ну и пошла потеха - кто кого. А в это время Матрёна надела шубу наизнанку и хотела в избу верхом въехать, чтобы у молодых было столько добра, сколько волос в меху. Примета есть такая. Да застряла в дверях. В избе драка, Матрёна визжит. Полиция прибежала. Троих в холодную посадили, а там опять всё чин чинарём пошло»...

Стоит отметить, что после ряда серьезных увечий, причинённых участникам ежегодного «забалканского» (такое ироничное прозвище получила Забалка в местных газетах) маскарада, полиция была настороже. Запреты на проведение народного маскарада ни к чему хорошему не привели, участники действа просто до последнего дня держали в секре­те место очередного масленичного веселья. В этой связи маскарады разрешили, но под неусыпным над­зором полиции, которая строго сле­дила за происходившим, не допуская вольностей и драк.

Поэтому с 1908 года херсонские газеты имели честь фиксировать уже более спокойное проявление народ­ного веселья: «Масленица Забалкой прошла сравнительно спокойно, без обыкновенных уличных безобразий. Центром общего дневного веселья простонародья в этом году служила Запорожская улица. Ряженых было свыше ста человек...».

«Масленичный бал»
А вот как веселилось среднее об­щество в старом Херсоне в 1909 году - поведала газета «Родной край»: «Из всех масленичных балов, вечеров и маскарадов самым удачным был грандиозный бал, устроенный херсон­ским благотворительным обществом. Он удался во всех отношениях - и со стороны художественной, и по мате­риальному успеху сбор небывалый.

Были оригинальные идейные маски на злободневные темы. Удачно представлен в зале вечер в Вене­ции, с огнями в окнах венецианских замков, с иллюминацией на улицах и непременной гондолой и гондолье­рами с мандолинами, переносящий вас в прекрасную Венецию. Кра­сивый грот с шампанским, приятно сервированные столы с закусками и напитками, два хора музыки, пе­ние артистов городского театра, венецианский карнавал, пестрота костюмов, цветы, залы, залитые ярким светом - всё это придавало вечеру особое торжество.

Вечер устроен г. председательни­цей благотворительного общества Софьей Александровной Бантыш».

И смею вас уверить, что за вычетом расходов на устройство праздника, весь небывалый денежный сбор был-таки направлен на бла­готворительные цели. В чём можно убедиться, прочитав в газете отчёт о прошедшем вечере, где была рас­писана каждая копейка.

Грамофонные вечера, общественные чтения
В качестве развлечений для низшего общества и их детей можно назвать и грамофонные вечера с прослушиванием пластинок с записями Шаляпина, Собинова, Карузо и других исполнителей из всемирной когорты уникальных пев­цов. Устраивали слушания члены благотворительных обществ. Такие вечера были весьма популярны даже в среде портовых грузчиков и крестьян, которые слушали пение, затаив дыхание, забыв о своих выши­бавших слезу дымных самокрутках.

Не менее популярными были и общественные чтения: местная интеллигенция читала «простой», зачастую совершенно неграмотной публике произведения всемирной литературы. А чаще всего - более понятные и близкие сердцам слуша­телей рассказы Горбунова, Леонида Андреева, Куприна, иногда сопровож­дая показ визуальными «туманными картинками», проецируемыми на экран при помощи «волшебного фо­наря» - аппарата, похожего на весьма популярный в 1950-60-е годы детский фильмоскоп.

Иногда случалось, что свои про­изведения читал сам автор. Так, известно, что в августе 1910 года писатели Куприн и Фёдоров посети­ли студенческий бал, проходивший в Херсонском городском собра­нии, где познакомили студентов со своими новыми сочинениями.

В начале XX века собирался по­сетить Херсон по приглашению ев­рейского общества «еврейский Марк Твен» - Шолом Алейхем, по край­ней мере, так об этом сообщали местные газеты, «где он выступит с чтением своих рассказов». Вот только обстоятельства для приезда сложились не совсем благоприятно, в стране вспыхнула первая русская революция с кровавыми событиями и еврейскими погромами, а посему еврейский классик посчитал наи­более благоразумным покинуть эту страну навсегда.

Александр Захаров
«Гривна» № 50 (1249). – 12-19.12.2018. – С. 10.

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.