on-line с 20.02.06

Арт-блог

07.02.2019, 11:25

Февраль-2019

Б Пастернак Февраль Достать чернил и плакать https://www.youtube.com/watch?v=Ba0t9sndAqg

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Locations of visitors to this page

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728   

Новости региона

29.01.2019, 12:08

Дозволь собі бути щасливим

25.01.2019, 10:00

Відбувся флеш-моб «Моя стрічка-моя згода!»

16.01.2019, 10:38

“Краща книга Херсонщини”

> Темы > КУЛЬТУРОЛОГИЯ > История культуры и краеведение > Из истории медицины на Херсонщине

Из истории медицины на Херсонщине

Пожалуй, прежде чем начать рассказ о медицине далёкого дореволюционного прошлого, необходимо вспомнить, как и с чего всё это начиналось

Конечно же, нужда в квалифицированном медицинском обслуживании существовала всегда. Но в период, когда в стране ещё не имелось подобных лечебных структур, разные слои населения по-разному отыскивали выход из сложившегося положения. Скажем, сельские и малоимущие городские жители искали помощи у разного рода знахарок, травников, а зачастую – у обычных, несведущих в лечении шарлатанов, бесстыдно зарабатывавших на этом капитал. В старых херсонских газетах даже уже в начале «продвинутого» ХХ века можно отыскать информацию о пройдохах, «успешно исцеляющих» сельских жителей от зубной боли и «ловко достающих из больного зуба путём несложных манипуляций каких-то белых живых червячков».

Те же, кто был в состоянии пожертвовать на лечение приличной суммой из своего кошелька – в основном богатая знать, обычно обращались к лекарям просвещённым, иностранным. Да своих-то тогда ещё и не было. Лишь с началом реформы 1775 года, когда в империи был основан Приказ общественного призрения, дело слегка сдвинулось с мёртвой точки.

Приказ общественного призрения и его деятельность
Новое учреждение ведало школами, богадельнями, сиротскими и исправительными домами, ну и, конечно, начавшими появляться на огромной территории страны пока ещё редкими больницами. Средства на содержание этих социально-общественных учреждений частично жертвовало государство, и всё же главной составляющей капитала были пожертвования частных лиц и доходы от финансовых операций, проводимых Приказом общественного призрения.

И всё же средств на содержание больниц и помощь всем страждущим катастрофически не хватало. Почти через сто лет после создания этого учреждения (к началу 1860-х) в огромном Херсонском уезде, разделённом на 37 волостей, с численностью населения немногим более полумил­лиона человек были всего 2 больницы общественного призрения, которые располагались в Херсоне (с 1818 г.) и заштатном городе Берислав. Ещё одна больница, содержавшаяся на средства еврейской земледель­ческой колонии, размещалась в Большом Нагартаве (ныне это посёлок Березнеговатое Николаевской области).

Главным недостатком первых больниц общественного призрения была их дороговизна. Плата за лечение здесь составляла тогда от 6 до 7,5 рубля в месяц (для сравнения: в средине XIX века фунт, то есть 453 грамма, хлеба стоил 3 копейки, мяса – 6–8 копеек). Посему больницами в основном пользовались воинские чины мест­ных гарнизонов и зажиточные горожане. Многочисленное сельское население оставалось практически без медицинского обслуживания. Ведь нельзя было ожидать сколь-нибудь существенной помощи от един­­­ст­венного на весь уезд разъездного врача, к тому же занятого в основном исполнением судебно-медицинских и медико-полицейских обязанно­стей. Правда, помимо него были ещё 6 врачей, принадлежавших к другим ведомствам. Однако они имели статус губернских и были практически неуловимыми, разъезжая по всей огромной Херсонской губернии.

В волостях, заселённых государ­ственными крестьянами, за казённый счёт содержали ещё несколько фельдшеров (на жаловании 30–40 рублей в год). Ассигнования на медицинское обслуживание сельского населения и лекарства эти фельдшеры получали в мизерном размере – всего 12 рублей 36 копеек в год. То есть рубль и 3 копейки в месяц! Недостаток средств дополнялся своеобразным медицинским налогом, который взимали с государственных крестьян по 2 копейки с души в год.

Что же представляли собой больницы Приказа общественного призрения? Вот как описывает содержание Бериславской больницы херсонский губернатор Павел Николаевич Клушин, посетивший её с инспекторской проверкой в начале 1860-х годов: «Больница содержится грязно, воздух невыносимо тяжёл и удушлив, бельё на больных дурно вымыто и частью совсем не мытое. Тюфяки залежалые с перебитой соломой, пропитанные нечистотами, заражают воздух в палатах. Нет внимания и сострадания к больным как от самого доктора, так и от 
смотрителя вместе с фельдшерами». Наверное, ещё и поэтому население глубинки боялось докторов и более охотно шло к местным знахаркам. Результаты же знахарского лечения, которое приводило к смерти или инвалидности пациента, с ужасающими подробностями фиксировали страницы местных газет.

Порой действия народных целителей-шарлатанов были откровенно курьёзны и даже смешны, конечно, только не для больного. Так, в херсонской газете «Югъ» нашлась жалоба на то, что, несмотря на большие деньги, уплаченные целительнице (целых 3 рубля, на которые можно было купить 25 килограммов печёного хлеба и отрез ткани на платье), пойло, настоянное на болотных лягушках, пациенту совершенно не помогло.

Земская реформа и бесплатное медицинское обслуживание
Некоторые изменения к лучшему в дремучей медицине прошлого начались лишь в 1865–1866 годах – после принятия 1 января 1864 года нового закона о земстве. Согласно ему, под управление земства переходили все находившиеся на территории уездов лечебные учреждения вместе с их врачебно-фельдшерским составом. Одновременно с этим земство постановило обязать каждую волость (из числа 37) с целью оказания необходимой медицинской помощи местному населению содержать за свой счёт фельдшера и приёмный покой. Хотя из-за нехватки средств скоро, уже в 1878-м, должности волостных фельдшеров пришлось упразднить. Освобождённые фельд­шеры получили статус земских участковых с жалованием, выплачивавшимся земством, и были распределены по новым участкам.

Контролировать их действия, а также помогать «в болезнях серьёзных, для излечения которых познаний фельдшеров окажется недостаточно», должны были участковые врачи. Смешно, однако подобная «помощь» врачей-специалистов, также занятых лечением «своих» больных и непрерывно разъезжавших по вверенному им, порой достаточно большому участку, обычно осуществлялась путём… почтовой переписки. Вот только ценные письменные рекомендации врача зачастую запаздывали…

С начала существования института земства в империи одной из первостепенных своих задач оно считало улучшение повседневной жизни народа. Посему реформа уездной медицины, продолженная земствами страны, была направлена в первую очередь на введение в практику доступной медицинской помощи для всех слоёв населения вне зависимости от достатка членов общества. Однако сие положение могло быть достигнуто лишь при введении бесплатного медицинского обслуживания. Коренные изменения в этой области произошли всего лишь спустя 6 лет после земской реформы. Чтобы не быть голословными, приведём цитату из отчёта Херсонской земской управы в 1913 году: «Уже в 1870 г. было постановлено, что больничным лечением пользуются бесплатно больные, приписанные к волостям Херсонского уезда (чтобы получить сей статус, человеку нужно было прожить в волостном селении не менее одного года. – Прим. авт.), прочие же вносят плату от 20 к. в день. Одновременно была введена бесплатность врачебного совета и лекарства для всех приходящих больных без различия. (Впрочем, бесплатное медицинское обслуживание оказалось весьма тяжким бременем для земского бюджета. Уже в следующем 1871 году пришлось пересматривать оплату пребывания в больницах иногородних и зажиточных граждан, увеличив сумму до 25 копеек в сутки. – Прим. авт.). Впоследствии это правило подвергалось некоторым изменениям, пока в 1900 г. бесплатность лечения, как больничного, так и амбулаторного, с бесплатной выдачей лекарств не была распространена на всех больных и установлена как общее правило».

Нужно отметить, что земство особо уделяло внимание ежегодному увеличению численности медперсонала в уезде. К 1912 году только на земской службе в Херсонском уезде работали 31 врач и 103 фельдшера и фельдшерицы-акушерки. Была отлажена структура финансирования, управления и пополнения необходимыми специа­листами лечебных учреждений земства. То есть произошли явные позитивные изменения в вопросах помощи страждущим и больным.

Новое сословие: женщина-врач
Ещё один очень немаловажный момент из прошлого нашей медицины: главным действующим лицом – врачом неизменно выступал мужчина, для женщин были уготованы роли попроще. Это продолжалось вплоть до 1873 года, когда при Николаевском военном госпитале в Санкт-Петербурге были открыты первые в истории страны пятилетние женские врачебные курсы. Считается, что с 7 февраля 1878 года (день первого выпуска) в России появилось новое сословие – женщина-врач.

Однако ещё задолго до открытия этих женских врачебных курсов две херсонки из интеллигентных и вполне обеспеченных семейств Герценштейн и Берлиненблау, несмотря на препятствия со стороны родни, всё же решились отправиться на учёбу за границу. Местом учёбы избрали Берн. В 1869 году девушки успешно закончили курсы медицинского факультета со званием доктора медицины. К сожалению, одна из наших землячек, Герценштейн, умерла, заразившись оспой. История даже не сохранила её имени. Другая же – Фанни Берлиненблау – вернулась домой в 1873 году, когда в России только открывали первые курсы женщин-врачей. Она начала добиваться допуска к контрольным экзаменам на звание врача, иначе говоря – просто стучать в закрытую дверь, натыкаясь на полное нежелание что-либо менять в устоявшемся порядке. Наконец ей пообещали дать разрешение на допуск к экзаменам, но только «когда состоится первый выпуск женщин-врачей», то есть через пять лет! Решив не терять бессмысленно годы, Фанни приняла приглашение подруги по курсам и уехала в Америку. Отзывы бернских профессоров-преподавателей составили ей неплохую протекцию и помогли получить ординатуру в одной из первых больниц Филадельфии. Уже через год, в 1874-м, доктора Берлиненблау пригласили в Бостон на пост главного врача-хирурга и гинеколога при одной из крупных городских больниц. Так из-за своей «толстокожести» и непробиваемости Россия потеряла одну из первых талантливых женщин-врачей.

По части признания медицинского образования намного больше повезло другой уроженке Херсона – Доре Пескер. Она окончила Парижский университет, затем получила диплом врача при Харьковском университете. В 1901 году дипломированная женщина-врач смогла добиться высочайшего разрешения держать экзамен в одном из российских университетов. Это был первый случай в истории страны, когда женщину-врача допустили к экзаменам на звание доктора медицины.

Александр Захаров

Источник информации

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.