on-line с 20.02.06

Арт-блог

01.08.2017, 08:53

Август-2017

Ходить серпень ногами босими По укритій росою стерні, Світанково видзвонює косами Обжинкові співає пісні Лиш йому зрозумілими знаками Мітить в лузі зелені стіжки. Вишива чорнобривцями й маками Ткані сонцем ясним рушники. Перевеслом пов"язує райдуги, Роздає урожай про запас, І незвіданим спокоєм радує У медовий, свят"яблучний Спас. І останніми днями млосними, Що ще ніжаться у теплі, Йде до вересня, йде до осені По щасливій і щедрій землі. Анатолій Черняхівський

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Locations of visitors to this page

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Новости региона

18.08.2017, 11:32

Херсонская выставка художника с крымской душей

В Херсоне проходит экспозиция картин Ивана Айвазовского. В Художественном ...
18.08.2017, 11:13

Херсон прийматиме міжрегіональну естафету «Будь патріотом – читай українське!»

17.08.2017, 09:11

Як у Бериславі святкуватимуть День Незалежності

> Туризм, отдых, развлечения > Херсонский областной краеведческий музей > Музей – это не только то, что «на витрине»...

Музей – это не только то, что «на витрине»...

Зачем нужны фонды? Предвижу вопрос: а что же это такое? В газетной статье всего и не перечислишь. О «древностях» (археологии и истории) мы говорить не будем – ограничимся рассказом о естественных отделах музеев. А если более конкретно, то речь пойдёт о том, что специалисты именуют неброским словом «фонды»: коллекции, предназначенные не для всеобщего обозрения, а для того, чтобы с ними работали специалисты. Никакого снобизма, высокомерия во всём этом нет: ведь очень часто коллекционный материал из фондовых коллекций присутствует в таком виде, что на витрину его не выставишь. Например, если это какое-нибудь млекопитающее, то чаще всего не чучело, а «джентльменский набор» – шкура и череп. Правда, из такого набора можно и чучело сделать. Так и поступают, если чучело из экспозиции пришло в негодность.

В общем, фонды – это, так сказать, резерв для пополнения материалов выставок. Но есть у музейных хранилищ и еще одно предназначение – научное. Их роль в изучении природы просто огромна. На первый взгляд такое утверждение выглядит странно: как это, спрашивается, можно изучать природу, работая с мёртвым материалом? На самом деле ничего странного нет. Во-первых, музейные коллекции – это то, с чем работают ботаники и зоологи-систематики, которые описывают новые виды, подвиды и так далее. Если где-то поймали или добыли животное или растение и есть подозрение, что это новый вид, то это надо еще и проверить. Вот для этого и существуют музейные фонды: в них хранят уже описанные виды. Часто для этого исследователям приходится объезжать чуть ли не весь мир.

Есть у фондовых коллекций и еще одно назначение – документирование обитания какого-либо вида на определенной территории. Когда пишут научные книги, то именно нахождение в музейных хранилищах шкурки или ветки с листьями служит самым надёжным доказательством того, что этот вид в каком-то регионе когда-то обитал. Если, конечно, на этом экземпляре есть этикетка: ведь без неё ценность музейного экспоната резко снижается. А что у нас?

Наш разговор связан с Херсонским краеведческим музеем. Ведь он обладает не только великолепной экспозицией, но и огромными (по масштабам областного музея) фондами. Обратимся к цифрам: они иногда бывают необычайно выразительными. Так вот, тушек и чучел птиц в Херсонском краеведческом музее – около 1300. Млекопитающих меньше – немногим более 200. А вот насекомых – 10 тысяч, растений – 23 тысячи! В общем, масштабы таковы, что можно утверждать однозначно: фондовые коллекции нашего краеведческого музея – национальное достояние Украины.

Представьте себе Херсонщину в начале прошлого века. Немногочисленное население, промышленности нет, пески не облесены, на месте нынешнего Каховского водохранилища – огромные массивы плавней. Думаю, не надо объяснять, что с тех пор «много воды утекло». И многое изменилось – в природе и жизни людей. Некоторые виды с территории области исчезли, другие появились – одни сами пришли, других акклиматизировали. И многие из этих изменений так или иначе зафиксированы в музейных коллекциях.

В свое время, автору пришлось поработать в музеях Украины – в Центральном научно-природоведческом в Киеве, в музеях Киевского и Одесского университетов, в областных музеях юга Украины. Оказалось, что некоторые коллекционные материалы Херсонского краеведческого музея просто уникальны – в других хранилищах нет даже их аналогов! Вот вам и «провинция»...

Здесь работают фанаты Действительно, музейное дело принадлежит к таким сферам деятельности, в которых, чаще всего, работают только подлинные энтузиасты своего дела. Уникальные коллекции Херсонского краеведческого музея были основаны именно такими людьми. Они работали в нашем крае в 1900–1920 годы. Одним из них был выдающийся ботаник Йосиф Пачосский. Вторым – зоолог Александр Браунер. Здесь, кстати, надо бы упомянуть, что в то время музей был один (естественноисторический), а коллекции две: коллекция уездного земства и коллекция губернского земства. Пачосский работал «от губернии» – он изначально был губернским энтомологом, специалистом по защите растений. А вот Браунер был сотрудником уездного земства. Конечно, впоследствии музейные сборы постоянно пополняли. Но именно благодаря самоотверженной работе этих исследователей мы знаем, какой была природа Херсонского края 100 лет назад.

Открытия. Не раз и не два именно благодаря музейным коллекциям были сделаны выдающиеся открытия. История некоторых из них напоминает захватывающий детектив. Например, в 1913 году Нью-Йоркское зоологическое общество отправило в Конго экспедицию. Её целью была поимка окапи – неуловимого и таинственного родственника жирафа. Окапи американцам добыть не удалось, но из Конго зоолог Джеймс Чэпмен привез ценные коллекции, в числе которых были головные уборы африканцев, украшенные перьями птиц. Вот только никак не удавалось определить, какой птице принадлежит одно из перьев. И только в 1937 году в одном из музеев Бельгии Чэпмен увидел два чучела с такими же перьями, что и в том головном уборе. Птицы были незнакомые, а на этикетках было написано: «Молодой обыкновенный павлин». Место добычи – Конго. Чепуха, грубая ошибка – ведь павлины обитают только в Азии! Но упрямый зоолог нашёл-таки этих птиц в Африке. Как оказалось, это был не просто новый вид, а совсем новый род: близкий к азиатским павлинам, но другой. Его назвали «африканский павлин» – так было сделано выдающееся открытие: благодаря упорству исследователя и двум забытым чучелам в пыльном заброшенном шкафу.

Евгений РОМАН, зоолог
"Гривна-СВ".- 27-02-2009.- стр. 4

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.