on-line с 20.02.06

Арт-блог

01.08.2019, 10:03

Август-2019

Пахне мелісою й медом   Вранішній чай.   Серпень неждано до тебе, -   Що ж, зустрічай.     Меду прозорі краплини...   В вервиці дні   Мов кукурузні зернини,   Злото-ясні.     Пурпур томату достиглий,   Яблучок віск,   Тихі заграви вечірні,   В темряві зблиск.     Ночі такі баклажанові,   Пісня цикад...   Астри із неба рахманного   Падають в сад.         Літо спекотне дозріло,       Осінь гряде,       Сміло вже бронзове тіло       Холоду жде. Валентина П.

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Locations of visitors to this page

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Новости региона

22.08.2019, 11:45

Чемпіонат Світу з повітряних зміїв-2020 буде проведено в Україні

22.08.2019, 09:49

Урочисті заходи у Херсоні до Дня Державного Прапора і Дня Незалежності

15.08.2019, 14:05

В Україні запустився безкоштовний онлайн-курс для митців

> Персоналии > КУЛЬТУРОЛОГИЯ > Хмель Виктор Адольфович > Ужасы "благополучного" Херсона. Продолжение

Ужасы "благополучного" Херсона. Продолжение

Три года, прожитые после Октябрьской революции 1917 года, можно сравнить лишь с ужасным стихийным бедствием, постигшим страну...

Продолжение темы. Начало – в «СВ» № 24

Пожалуй, самые страшные страницы своей истории Херсон пережил в начале 1920-х годов, после установления в городе советской власти. Это могло быть сравнимо только с ужасной эпидемией чумы, свирепствовавшей в самом начале основания города, в мае 1783 года, когда от прежнего населения Херсона осталось менее половины. Но теперь в этом была виновата не болезнь, а голод…

Конфискация церковных ценностей
Еще в январе 1922 года Президиум ВЦИК принял постановление «О ликвидации церковного имуще­ства», даже несмотря на то, что с благословения патриарха Тихона церковь добровольно приняла посильное участие в сборе средств для голодающих: «Мы нашли возможным разрешить церковно-приходским советам и общинам жертвовать на нужды голодающих драгоценные церковные украшения и предметы, не имеющие богослужебного употребления», – обращался через прессу патриарх. Впрочем, Совет­ской стране этого оказалось мало, да и для курса, взятого на уничтожение религии в государстве, голод оказался весьма кстати. Вместо признания существенной помощи церкви в борьбе с голодом церковь обвиняли в сокрытии ценностей, возбуждая в голодающих стойкую неприязнь к религии и Богу.

В марте 1922-го, когда голод дошел практически до своей высшей точки, на основании январского постановления ВЦИК и циркулярного распоряжения НКВД уездный исполком постановил всем культовым учреждениям, находившимся в Херсоне, предоставить в трёхдневный срок полную инвентарную опись имущества: «…размер, вес, металл, проба, стоимость в дореволюционных рублях. Сколько колоколов на колокольнях и вес каждого из них. Имеются ли в храме картины извест­ных художников, название, размер, в каком году написаны. Старинная мебель… Старинные облачения…».

Виновные в сокрытии данных и не проявившие «прыти» в своевременном выполнении постановления должны были быть «привлечены к строгой ответственности за невыполнение распоряжений советской власти». Под благовидным предлогом помощи голодающим вслед за предоставленными списками началось изъятие церковных ценностей. Так, в мае 1922 года в одном из старейших храмов Херсона – Екатерининском соборе – было изъято 40,5 килограмма драгметаллов в виде предметов культа и окладов икон. В целом же по стране церковных ценностей было изъято на сумму в четыре с половиной миллиона золотых рублей! Причем, как оказалось в дальнейшем, на закупку продовольствия за границей для голодающих в стране потратили всего около миллиона из этой суммы. Кроме того, многие конфискованные у церкви ценности были просто-напросто разворованы на различных этапах, начиная от проводивших изъятие до служителей Гохрана, судебные процессы над которыми позднее вскрыли эти неблаговидные факты.

Херсон, отрезанный от мира
Как я уже говорил, изъятие церковных ценностей не повлияло существенно на проблему голода в стране. Страна продолжала голодать, и Херсон здесь не был исключением. Цены на продукты питания росли с каждым днем, а сами продукты исчезали еще быст-рее. Да и подвоз продуктов из глубинки в слякотный зимне-весенний период по бездорожью Херсонщины всегда был затруднен. Теперь же всё это усугублялось грабежами и убийствами на пустынных раскисших дорогах. Лишь изредка доведенные до полного отчаяния люди могли решиться вырваться из охваченного голодом города пешком, вот только сил для этого было мало. Да и куда идти? Везде голодно…

Единственным путем, связывавшим Херсон с остальным миром, оставалась железная дорога. Впрочем, на железной дороге с редко проходившими через Херсон поездами действовала своя «советская мафия», существование которой открыто подтверждала газета «Херсонский коммунар»: «Касса продает несколько десятков билетов, остальное передается милицио­нерам и другим “власть имущим”, бешено ими спекулирующими. В результате умиравшие от голода семьи, еле собравшие на билет, чтобы вырваться из голодного района, остаются на вокзале, с плачем и стонами провожая поезд». Только в конце мая бюро уезд­ного комитета признало необходимость «создать пятерку для порядка посадки в вагоны», в которую должны были войти представители исполкома, ЧК, парткома, военкома и Упрофбюро.

«Всё вокруг народное – и даже мебель в квартирах…»
В то же время у большинства бедствовавших обывателей не было решительно никакой возможно­сти выехать из Херсона. Тем более не представлялось вероятным «по-тихому» покинуть место своего проживания, так как для выезда требовалась справка от появившихся в советское время кварткомов и домкомов. Которые, согласно новым правилам, должны были «немедленно взыскать с граждан, оставляющих пределы г. Херсона, следующую с них квартплату, а также суммы, следующие с них на расходы по содержанию двора и дома, а также за воду согласно раскладке и за использованную электроэнергию».

Мебель, находившаяся в квартире, собственно­стью жильца не являлась и числилась на балансе жилищных комитетов. Выезжая, жилец сдавал мебель по описи и получал очередную справку. Для того чтобы захватить с собой стул или табурет при переезде, требовалось разрешение-ордер из мебельной секции жилотдела на право вывоза мебели. Мебельное имущество не могло быть передано и по наследству, ибо уже в феврале 1922 года приказом губисполкома наследование мебельного имуще­ства было отменено. Единственным, пожалуй, светлым пятном в квартирном вопросе было то, что для разных категорий граждан квартплата в это время была неодинаковой. Так, рабочие и служащие не могли платить за жилье более 3% от получаемого месячного жалования. Остальные категории – 8 тысяч рублей за квадратный сажень занимаемой площади в месяц. И хотя 8 тысяч за квадратный сажень в то время были «не деньги» (фунт (453 г) черного хлеба – 28 тысяч рублей), их нужно еще было где-то взять, а большинству – заработать. Вот только негде: предприятия либо стояли, либо работали не в полную силу…

Но в вопросах задолженности оплаты за воду и электроэнергию коммунотдел ни с кем не церемонился: «Всем гражданам города Херсона и советским учреждениям предлагается в 2-дневный срок внес­ти в кассу коммунального отдела причитающиеся с них суммы. За нарушение сего виновные будут оштрафованы в двойном размере следующей с них суммы и лишены воды и света без права включения». А еще домкомы должны были следить за теми, кто пользовался светом незаконным путем (хотя практически кроме «лампочки Ильича» в то время не было иных электроприборов), и докладывать о подобных случаях в коммунотдел. Последний был вправе выписать штраф и наказать виновного отключением от сети без права восстановления подключения. Еще одно нововведение в рабоче-крестьянском государстве: домкомам предписывалось за счет жильцов выписывать хотя бы один экземпляр местной газеты, чтобы каждый жилец имел «возможность знакомиться с приказами и распоряжениями советской власти».

Очередное распоряжение – новые налоги
Так, через газету в голодном 1922 году херсонцы познакомились с новыми государственными налогами. Вот что сообщала газета «Херсонский коммунар»:

«Ввести сбор со скота и других домашних животных в размере не свыше 100 тысяч руб. с головы крупного и 20 тыс. с головы мелкого и др. животных. С продажи скота: крупного – 50 тыс. руб., мелкого – 10 тыс. руб.
Извозный промысел: с каждой работающей в повозке лошади – не свыше 300 тыс. руб. за полугодие.
Перевозный промысел: с каждой лодки, ялика, ручной тележки за каждые полгода – 75000 руб. С парома или грузовой лодки – 150000 руб. С велосипеда – 50000 руб. в полгода, авто – 200000 руб. С моторного судна для перевозки пассажиров – 100000 руб.
Прописной сбор: с члена проф­союза – по 1000 руб., с остальных граждан – 2000 руб. за каждую прописку вида на жительство».

Александр Захаров
http://www.grivna.ks.ua/archive/subbotnij-vypusk/1481-sv-2016/sv-2016-25/57308-uzhasy-blagopoluchnogo-khersona

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.