on-line с 20.02.06

Арт-блог

03.11.2020, 10:46

Ноябрь-2020

Мне мил ноябрь - предшественник зимы, Хоть самодур и нравом переменчив, С дождём и снегом, властью ранней тьмы, При свете фонарей почти застенчив... Люблю туманы, хруст подстывших луж, Незрячесть к лицам, дом с горячим чаем Ноябрь суров и сентиментам чужд, Скуп на цвета... Но так порой отчаян! Вдруг впустит солнце. И оно, спеша, День рассветит, раскрасит, отогреет... Весна - и только. Вот тогда Душа Вся встрепенётся и ...зазеленеет Алла Мироненко

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Новости региона

18.10.2021, 12:19

Приймаються заявки на 16-ий Всеукраїнський конкурс мультимедійних проектів «Врятувати від забуття»

15.10.2021, 09:06

У бібліотеці розпочав свою роботу інклюзивний креативний майданчик «Пізнай мене через творчість»

13.10.2021, 11:17

Як Херсон відзначатиме День захисників і захисниць України

 

Всё течёт, всё меняется?

Когда-то, очень давно, когда ещё грамотное население страны можно было сосчитать по пальцам, всё было проще. Скажем, видел проезжавший путник высокий шест, с привязанным к нему пучком соломы, и без труда догадывался, что прямо по курсу - постоялый двор. А по болтавшемуся над дверями пустому зелёному штофу находили кабак или винную лавку. Позднее, с введением государственной водочной монополии, винную лавку отыскать было куда уж проще, даже не заморачиваясь на вывесках, так как наружные стены кабаков были сплошь «исписаны» разводами красного сургуча     

Это нетерпеливые, страждущие потребители спиртного сдирали о стены сургуч, которым была залита пробка бутылки - своеобразный акцизный знак с тиснутой поверх печатью, чтобы оприходовать водку тут же, на месте и сдать пустую посуду кабатчику.

В начале XX века, даже совсем не умея читать, булочную можно было определить по огромному фанерному кренделю над дверью, а, скажем, сапожную мастерскую - по фанерному же силуэту башмака. А над молочной и мясной лавками привлекали внимание публики, соответственно, корова и свинья или аппетитно раскрашенный окорок. Чуть позднее после ряда несчастных случаев, когда от времени обветшавшие верёвочки обрушивали сии бутафорские предметы на головы потенциальных посетителей, причиняя последним увечья разной степени тяжести, городская управа Херсона вкупе с полицмейстером приняли решение о запрещении всех поперечных вывесок над магазинами. Да и к тому времени население империи в большинстве своём уже умело читать хотя бы вывески, так что надобность в предметных указателях как бы исчезла.

Хотя - как посмотреть... Вот, к примеру, судя по принятым в те времена обязательным постановлениям, в начале XX века множество магазинов и лавчонок в Херсоне были украшены вывесками на еврейском языке, не зная которого даже самый грамотный покупатель мог оказаться в тупике. Наверное, поэтому вместе с «поперечными вывесками» городские службы начали борьбу и с еврейскими, обязав владельцев торговых точек в кратчайшие сроки заменить вывески под угрозой приличного штрафа. Протестующим и не желающим платить штраф предоставлялась альтернатива посидеть месяц-другой в местной «каталажке» в тесном общении с различной степени сбродом.

Вообще, судя по сохранившимся фотографиям старого Херсона, реклама фирм, магазинов и лавок когда-то не выходила за рамки приличия и была достаточно лаконична: «Гостиница “Пассаж”» (в доме Скарлато), «Чистка сильная» (там же), «Торговля мануфактурой» или «Табачная и бумажная торговля И. Д. Бергарта» на Торговой. Даже на главной городской улице, где находились самые престижные городские магазины, вывески были просты и лаконичны: «Ф. А. Бирнстайн. Письменные принадлежности», «Ружья и револьверы господина Фрикке», «Винно-гастрономический магазин А. С. Пембека» и так далее. И никакого тебе засилья билбордов с оголёнными красавицами, рекламирующими то, что тогда прятали глубоко под юбками и вслух названия этого не произносили.

Более раскрепощённой и многословной была реклама, размещённая на страницах местных газет: «Исключительная продажа в Херсоне», «невозможно не купить к празднику», «колоссальный выбор всегда свежих товаров», «цены самые минимальные». Как сообщали в то время те же газеты: «Хорошая реклама - это золото в кармане». Конечно же, чтобы читать газеты, нужно было быть грамотным человеком. И здесь, пожалуй, стоит вспомнить о том, что именно в начале XX века Министерство просвещения тогда ещё самодержавной империи взяло курс на ликвидацию неграмотности и введение доступного всеобщего образования. Вот только воплотить в жизнь эту идею царское правительство так и не успело из-за начавшейся войны и последующих революций. Потом большевики ввели этот проект в ранг достижений новой страны и заботы новой власти о народе.

Как бы там ни было, а грамотность населения уже в конце XIX века серьёзным образом повлияла на опрятность городских улиц. Если вы думаете, что мохнатые от многослойных объявлений стены домов и заборы, а также «настенная роспись» - продукт нашего времени, то глубоко ошибаетесь: сие безобразие пришло к нам из далёкого прошлого. «Частные граждане, - писала в 1898 году херсонская газета “Югь”, - пренебрегают городскими киосками и клеят свои объявления на фонарных и телеграфных столбах, отчего последние нисколько не выигрывают в красоте и изяществе. Полицией принимаются меры».

Да знали бы наши далёкие предки, насколько «выигрышными в красоте и изяществе» будут столбы, стены и заборы в XXI веке - за головы схватились бы! К тому же, тогда хоть «полиция принимала меры», а в наше - похоже, позаботиться об этом некому.

В начале XX века городская управа, озабоченная анархией в сфере частных объявлений, приняла решение по устройству на оживлённых городских перекрёстках специальных каменных тумб. Эти сооружения были возведены и сданы в аренду предпринимателю Гопнеру, который, взимая небольшую плату за размещение на них частных объявлений, театральных афиш, государственных актов и постановлений местных властей, обязан был в дальнейшем следить за состоянием тумб и производить текущий ремонт их.

Отныне, как сообщала местная пресса: «Единственным местом размещения рекламы являются колонны, установленные на углах многих улиц». Все остальные места, где могли появиться любая реклама или объявления, провозглашались «вне закона» и неплохо пополняли штрафами городскую казну. Чуть позднее, с подачи того же арендатора, пожаловавшегося на падение доходов, управа воспретила «разноску афиш по городу и ходячую рекламу».

Биоскопам, прототипам современных кинотеатров, для анонса репертуара предложили городские тумбы, специально отведенные места непосредственно при кинозалах, газетные полосы и не более. Хотя всё же владельцы и арендаторы сих развлекательных заведений периодически нарушали обязательные постановления, о чём свидетельствуют местные газеты: «Привлечены к ответственности за расклейку афиш на стенах и заборах содержатели биоскопов».

То же касалось и городских театров, у которых, правда, было некое маленькое преимущество - театральные программки, в которых, помимо программы спектакля, попутно присутствовала разномастная реклама, что, конечно, ужасно раздражало публику. Как возмущался в местной прессе некий театрал: «Откроешь программку, а там - мойка носков - 2 коп., рубах - 5 коп.». Более поздние обязательные постановления думы и полиции допускали жёсткие ограничения и в период раздачи рекламных листков публике. Например, в вечернее и ночное время приставать с раздачей к отдыхающим на улицах, бульварах и в парках было категорически запрещено.

Стоит обратить внимание и на «заборную живопись» из далёкого прошлого: «Обращаем внимание домовладельцев, что стены многих домов в городе Херсоне украшены обширной “заборной" литературой. Если нельзя уничтожить самого факта “писателей", то следовало бы, по крайней мере, заставлять дворников или прислугу стирать фигурирующие надписи», - писал «Югъ» в 1913 году.

Ха, надписи! Они ещё нынешних граффити представить себе не могли, красочных, «высокохудожественных», но всё так же в большинстве своём не украшающих город! Скажите, ну чем мог гимназистик далёкого прошлого без многогранной современной фантазии и нынешнего вселенского размаха испортить забор или фасад здания? Только нацарапанной углём, мелом или редко, по причине их стоимости, чернилами банальной надписью из неприличных слов и проиллюстрировать это корявым рисунком. Такую пакость легко можно было стереть простой тряпкой.

То ли дело ныне! Тут уж явно прогресс «налицо»... Чтобы уничтожить писанину современного вандала, придётся долго потрудиться, к тому же заранее обзаведясь совсем не копеечной химией. Словом, как утверждал мудрый Экклесиаст, «всё течет - всё меняется»...

Александр Захаров
«Гривна-СВ».- №17 (909).- 24.04.2019.- стр.13

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.