on-line с 20.02.06

Арт-блог

03.11.2020, 10:46

Ноябрь-2020

Мне мил ноябрь - предшественник зимы, Хоть самодур и нравом переменчив, С дождём и снегом, властью ранней тьмы, При свете фонарей почти застенчив... Люблю туманы, хруст подстывших луж, Незрячесть к лицам, дом с горячим чаем Ноябрь суров и сентиментам чужд, Скуп на цвета... Но так порой отчаян! Вдруг впустит солнце. И оно, спеша, День рассветит, раскрасит, отогреет... Весна - и только. Вот тогда Душа Вся встрепенётся и ...зазеленеет Алла Мироненко

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Новости региона

22.10.2021, 15:09

Предметна фотозйомка: секрети та поради від професійного фотохудожника

21.10.2021, 11:07

Юні херсонці стали дипломантами ІІІ Всеукраїнського фестивалю культури та творчості людей з інвалідністю «Сузір'я любові»

19.10.2021, 16:28

В Скадовську відкриється музей "Таємниці острова Джарилгач"

> Темы > Музыка > Из музыкальной истории Херсона > Наслаждаясь звуками...


Наслаждаясь звуками...

Вы можете определить, на какой ноте пищит комар, гудит оса или тинькают воробьи? Я – нет. Да и большинству населения земного шара не свойственно услышать эти ноты. А Анатолий Васильевич Семеин – слышит: у него врожденный дефект строения органов слуха, да еще и идеальный музыкальный слух.

Как-то в 83-м году, когда Анатолий Васильевич преподавал в музыкальной школе, старый настройщик предложил пари: без камертона не определишь, насколько фальшивит нота “ля” на пианино.
Анатолий Васильевич сразу сказал: ниже на четверть. Настройщик достал камертон, проверил – точно. С зарплаты тот мастер купил проспоренный килограмм шоколадных конфет с орешками и предложил учиться у него. Анатолий Васильевич согласился – ему было сложно объяснять ребятам, как на самом деле должна звучать музыка: столько нюансов они просто не могли слышать.

Кстати, скрипачом (с 3,5 лет учили его играть на скрипке, и только потом – на фортепиано) он не стал тоже из-за своего слуха: все время пытался правильно, до идеала настроить звучание струн. А без маленькой фальшивинки скрипка “пресно” звучит…
Он стал настройщиком и с тех пор настраивает пианино и бандуры – эти струнные инструменты должны звучать идеально, то есть, так чисто, как камертон.

В детстве Анатолий Васильевич перенес очень тяжелый грипп, который свирепствовал в военные и послевоенные годы: “испанку”. Однажды родители буквально рядом с ним уронили тяжелый железный поднос. Мальчик даже не вздрогнул – так выяснилось, что после болезни пошло осложнение на уши, ребенок стал абсолютно глухим.

Нужна была сложная и уникальная операция. Тогда в мире только начинали пробовать использовать достижения электроники и специальные зонды, чтобы оперировать, не вскрывая кожные покровы, не пробивая кости. Хирургов-экспериментаторов в мире были единицы, один из них – в Херсоне.

Операция длилась под общим наркозом 8 часов. Во время операции врач обнаружил, что у ребенка – ненормальное расположение косточек. После выздоровления, когда проверяли слух, тот же самый врач сказал родителям, что ребенку ни в коем случае нельзя будет служить в армии, потому что любой громкий, резкий звук (а как в армии без стрельбы?) для него – как удар по голове.

Анатолий Васильевич говорит, что “удар по голове” звуком он действительно испытал.
Когда он с отцом был в Севастополе, пошли посмотреть, как будут взрывать глубоководную мину. Несмотря на запрет взрослых, маленький Анатолий из любопытства высунулся из-за бруствера. Сначала он увидел всплеск и дым, а потом кто-то сильно ударил его по затылку. Очнулся он уже в больнице…

Можно ли ему служить в армии, решал целый консилиум. Анатолий Васильевич вспоминает, как долго искали помещение, где можно было бы проверить, как он слышит. Выбрали длинный коридор поликлиники. Мелом через каждый метр отметили 75 м. В начале коридора сидели врачи. Доктор шепотом произносил слово, а он, закрыв одно ухо, повторял. Потом отходил от них на метр, и процедура повторялась. Средний нормальный уровень слуха – 15-20 м. Анатолий – отходит все дальше и дальше, и так – до самого конца коридора. Вывод комиссии был: в мирное время – не годен, в военное – годен к не строевой…

С тех пор, как он стал настройщиком, через руки Анатолия Васильевича прошло более 10 тысяч инструментов. Пару-тройку он совсем забраковал – те, что были уже полностью испорченными, покорежились даже рамы. Были и уникальные. Так, один моряк купил для своей дочери японское пианино “Мечта”. Там – серебряные струны. И звучание – райского инструмента. А все детали, что в инструментах других производителей шерстяные и хлопчатобумажные, – сделаны из синтетических материалов, по качеству не уступают, да к тому же их не ест моль,и не грызут мыши (основная беда “наших”). Анатолий Васильевич говорит, что это пианино он уже, наверное, никогда больше не услышит – такой инструмент достаточно настроить один раз, и он будет идеально звучать не менее десяти лет. А жаль – от этого серебряного звучания он испытывал райское наслаждение.

Ирина Ухварин,
Вгору.- 15.03.2007

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.