on-line с 20.02.06

Арт-блог

03.11.2020, 10:46

Ноябрь-2020

Мне мил ноябрь - предшественник зимы, Хоть самодур и нравом переменчив, С дождём и снегом, властью ранней тьмы, При свете фонарей почти застенчив... Люблю туманы, хруст подстывших луж, Незрячесть к лицам, дом с горячим чаем Ноябрь суров и сентиментам чужд, Скуп на цвета... Но так порой отчаян! Вдруг впустит солнце. И оно, спеша, День рассветит, раскрасит, отогреет... Весна - и только. Вот тогда Душа Вся встрепенётся и ...зазеленеет Алла Мироненко

Случайное фото

Голосование

Что для вас служит основным источником информации по истории?

Система Orphus

Start visitors - 21.03.2009
free counters



Календарь событий

      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Новости региона

05.08.2021, 13:19

В Україні проведуть міжнародний онлайн-фестиваль колективів діаспори

04.08.2021, 16:25

На Херсон очікує черговий фест - Prizma-Fest

04.08.2021, 11:05

«Щасливі разом»: на Херсонщині відбудеться всеукраїнський сімейний квест-фестиваль

Село героев: люди, соль и рыба

История.
Люди здесь появились очень давно – еще в IX–VIII веках до нашей эры, в эпоху бронзы. И кого только здесь не было: киммерийцы, сарматы, скифы, эллины... Но с образованием Османской Турции и Крымского ханства край стал почти безлюдным – уж очень грозным было соседство. А в XVI веке здесь обосновались запорожские казаки: ведь это место было довольно-таки удобным для наблюдения за активностью турок. И с 1734 по 1775 годы здесь существовал наблюдательный пост Запорожской сечи – Прогнойская паланка. Кстати, тогда появилось название этих мест: Прогнои – соленые («гнилые») озера.

Ну а само село возникло в первой половине XIX века: тогда, когда в поисках лучшей доли здесь стали оседать переселенцы – выходцы из Украины и России. И уже в 1963 году село переименовали в Геройское.

 Чем жили? 
Вопрос неслучаен – особенно когда речь заходит о том, почему люди в то или иное время появились в каком-то месте и заселили его.

Так вот, основой благополучия жителей тех мест стала рыба. Благо, ловили ее, что называется, немерено. Ведь еще в середине и во второй половине ХХ века показатели рыбопродуктивности для Днепро-Бугского лимана и Нижнего Днепра были таковы: 40–55 килограммов рыбы с одного гектара. Для сравнения: аналогичные показатели для Черного моря – 2 килограмма с 1 гектара, у Средиземного – 0,5. И только в Азовском море с одного гектара поверхности воды вылавливали, в среднем, 80 килограммов рыбы! Но такой показатель необычайно велик, именно потому Азовское море называли уникальным водоемом. И можно себе представить, какими здесь были рыбные запасы еще раньше – в первой половине ХХ века. 

«Как сейчас это помню – на подводе (это наше, местное название двухосной телеги. – Прим. авт.) везли осетра. Рыба лежала во всю длину подводы, но целиком на ней не помещалась: ее хвост волочился по земле». Уважаемые читатели, эти воспоминания – не россказни подвыпившего рыбака. Это сообщение автор еще в детстве услышал от надежнейшего из своих информаторов – своей бабушки, Марии Тимофеевны Голобородько, которая родилась в Прогноях и жила здесь до 1950 года. Она очень много рассказывала о своем селе – это бы все взять тогда да записать! И только став зоологом, я смог внести небольшую поправку в то её сообщение: скорее всего, огромная рыба была не осетром, а белугой. Именно эти рыбы достигали столь огромных размеров и веса – до 5 метров и 1 тонны!

Второй по значимости «статьей доходов» (а точнее, средством выживания) была добыча соли. Уже в ХIХ веке соляные месторождения были объявлены собственностью государства, но их сдавали в аренду разного рода предпринимателям. Так, еще в 1900 году на солепромыслах некоего Гелеловича добыли 500 тысяч пудов (около 8000 тонн) соли.

  ХХ век: время испытаний.
«В голод 1921 года отец решил зарезать корову: молока она уже не давала, а детей чем-то надо было накормить – нас ведь было семеро. Такая радость – столько еды! И как раз во время обеда к нам во двор зашли голодающие: их тогда часто можно было встретить в селе – они приходили из каких-то других мест. Среди тех, кто вошёл, были и дети. Помню старика – он уже опух от голода. “Папаша, дай мосла!” (то есть кость! – Прим. авт.) Конечно, дали. И не кость, а мясо. Сколько смогли». Уважаемые читатели, прошли десятки лет, а рассказ я помню во всех деталях: это было одно из самых острых впечатлений детства.

Надо сказать, что и позже лиман не раз спасал Прогнои от голода. В 1947 году, например, «как будто сама природа вступилась за людей: в тот год рыбы ловилось очень много». Это уже со слов моей матери, Александы Йосифовны Роман (Голобородько). Правда, даже здесь от голода погибли несколько человек: рыба-то ловится не всегда! И весной было время, когда в селе не было ни хлеба, ни рыбы. Ну а в 1932–1933 годы здесь было жить несравненно легче, чем в других местах: ведь хлеб отбирали у крестьян. Видно, до рыбаков и рыбы руки не дошли...

Лиман: былое изобилие.
Ох, непростой это разговор – о рыбе, рыбной ловле и рыбаках! И здесь ведь нельзя забывать о том, что Днепро-Бугский лиман, вообще-то, – продолжение Днепра. И первый серьёзный удар по рыбному хозяйству нашего края нанесло строительство Каховской ГЭС. А осетровые, например, нерестились выше Киева! И чтобы спасти хотя бы часть днепровской популяции, в Белозерском районе был создан специальный завод по рыборазведению. Там от столь «вкусных» (и столь уязвимых) рыб получали икру, искусственным способом оплодотворяли ее, подращивали молодь и выпускали в водоемы Нижнего Днепра. Того, что было (до постройки плотин), уже, конечно, не будет. Но хотя бы осетровые не исчезли из наших мест.

Разговаривая на такие «щекотливые» темы, как соблюдение рыбаками правил рыбной ловли, я наткнулся на интереснейший, в общем-то, факт. Оказывается, уже в советское время в селах Днепро-Бугского лимана существовала своя, неофициальная система контроля.

«Нет, конечно, “шалили” и в то время – рыбаки есть рыбаки. Но в запрет старались рыбу не трогать. Особенно те, кто работал в рыбколхозе, – это же, в общем-то, был наш заработок: и не на месяц, а на годы. А если кто начинал безобразничать, могли и сами его на место поставить», – вспоминают местные старожилы.

Вообще, это сообщение примечательно даже с историко-этнографической точки зрения. По сути, во второй половине ХХ века в наших местах еще существовали элементы так называемого традиционного природопользования! Не идеализируя «старину», надо признать, что сочетание официальной и неофициальной охраны было более-менее действенным вплоть до начала 1990-х. Ну а после началось такое... Какое там традиционное природопользование – это было повальное природоразграбление! Одна за другой стали появляться разного рода бригады, правдами и неправдами получавшие разрешения на лов рыбы. Так, еще 5–8 лет назад в соседней Николаевской области с правобережной стороны лимана лов рыбы осуществляли несколько десятков (!) официально зарегистрированных субъектов предпринимательской деятельности. Да, не забыть бы еще о такой «мелочи» – о тех, кто и не думал нигде регистрироваться, а ловил почем зря. И было таких немеряно во всех надлиманских селах.

И самое скверное, что были забыты все нормы и правила – писаные и неписаные. И именно на месяцы нереста пришлась основная промысловая нагрузка: ведь в это время рыбу ловить легче всего, да и затраты меньше. А что рыба эта зачастую набита икрой и молоками, так на это, извините, наплевать! Нет, кое-кого из браконьеров ловили и штрафовали (а может, даже и возбуждали уголовные дела – точных сведений у меня нет). Но желающих «отхватить» легких денег не убавлялось.

Была и еще одна причина столь резкого оскудения рыбных запасов – новые сети. Именно они, изготовленные из современных материалов, легкие и недорогие, появились на рынках в 1990-е годы. Их сразу же стали применять, и результаты были просто потрясающими: эти снасти оказались очень продуктивными. Потому что рыба их просто не видит, так как в воде такая сеть из тонкой синтетической нити почти незаметна. Но за все надо платить: потрясающие уловы сменились невиданным оскудением. Ну а после – еще 2000-е годы, когда один за другим на лимане возникали заморы: из-за малого стока, из-за жары и вообще непонятно из-за чего. И на сегодняшний день в этих местах рыба почти исчезла. От былого изобилия не осталось и следа: еле-еле ловятся серебряный карась и тарань. А судак, например, – это уже почти рыба-легенда.

«За последние год–два здесь многие забыли, что такое котлеты из рыбы. Потому как в нашем селе рыбы почти нет. А если её кто и ловит, то сразу же продает, чтобы заработать. И проще съездить в Голую Пристань и купить ее там...» Вот что мне довелось услышать в Геройском. Это было не преувеличение и не жалоба – это был спокойный рассказ о реальной ситуации.

Соль.
С солью дело обстоит еще «проще»: солепромысел фактически прекратил свое существование. Пик добычи пришелся на 1950-е годы. Тогда здесь добыли 11210 тонн соли. А потом производство уменьшилось, так как соляные промыслы начали развиваться на Сиваше и их расположение было более удобным: ведь рядом проходят транспортные магистрали.

И тем не менее до все тех же 1990-х годов солепромысел был в геройском очень даже «ничего»: была и соль, и нормальные заработки. Потом настали «окаянные» 1990-е годы (и 2000-е, которые оказались не намного лучше). И все полетело, извините, к чертям: долги, развал производства, судебные процессы... В общем, солепромысла сейчас нет. И когда его удастся восстановить, никто не скажет.

Эта ситуация типична для очень многих сел Херсонщины, но есть здесь одно «но». В других местах практически у каждого жителя есть хотя бы кусок земли, «вкалывая» на котором от зари до зари можно заработать себе на жизнь. Здесь же нет даже этого. Ведь для товарного производства земли не очень-то годятся: и участки небольшие, и почвы не те – соль! Ее хоть и немного, но она в почве есть. В общем, если бы не лесничество, то было бы совсем скверно: оно все-таки предоставляет рабочие места.

Отрадно (и необычно!), что жители хвалят местное самоуправление: избранная в 2005 году председатель сельского совета пытается улучшить жизнь односельчан. Да вот только находимся мы не в центре Европы, а на ее востоке – со всеми вытекающими отсюда последствиями...

«Ну и как сейчас живут люди в Геройском?» – на этот вопрос довелось услышать очень эмоциональные ответы. Приведу самый «умеренный»: «В общем, не очень хорошо. Работы нет, приходится зарабатывать непонятно чем». А отсюда – самые разные проблемы. И не только материальные: ведь нормальному человеку надо каждый день чувствовать свои значимость и востребованность. И одно дело – работать экономистом или инженером, и совсем другое – ходить по ночам на лиман или Ягорлыцкий залив: чтобы что-то поймать, продать и на это жить.

Вместо эпилога. 
Назову вещи своими именами: ситуация в Геройском – это то, что получило название эколого-культурного кризиса. Данное явление было описано много раз: когда из-за истощения природных ресурсов резко меняется уклад жизни людей. И подобное, скажем так, не шутки: не одна великая цивилизация древности погибла из-за этого. Ну а сейчас и в Европе, и в Африке здравомыслящие правительства отслеживают ситуацию в таких регионах и принимают специальные меры.

А сохранять есть что – ведь по многим показателям Геройское уникально: за долгие годы жизни у воды и работы на воде здесь сформировалась особая психология и особое отношение к жизни. Еще в XIX веке один автор писал, что жители Прогноев больше похожи на жителей небольшого города, чем на крестьян. А об отчаянной храбрости и взаимовыручке прогнойчан во время рыбной ловли ходили легенды. Не знаю, может, это и не совсем соответствует действительности. Но вот и факты: о том, что шестерым выходцам из этого села было присуждено звание Героя, хорошо известно.

Из них четверым – звание Героя Советского Союза. Но почему-то очень редко вспоминают о такой «мелочи»: в пересчете на численность населения (на 1941 год составляла около 600 человек) для Советского Союза это было, что называется, абсолютным рекордом. Ведь в стране с населением около 200 миллионов (опять же – на начало 1941 года) за подвиги в годы Великой Отечественной войны этого высокого звания были удостоены 11063 воина. Учтите еще вот что: село это было, назовем вещи своими именами, дальнее и глухое – и генеральских детей (да и самих генералов) там явно не было! Насколько мне удалось узнать, такого феномена не было отмечено и в других странах антигитлеровской коалиции.

...Может, и в самом деле в них что-то есть – в тех, кто вырос у этого огромного сине-зеленого лимана?

Евгений РОМАН
Гривна-СВ № 37, 2007-09-07 (стр. 15)

 

Напишите свой комментарий

Введите число, которое Вы видите справа
Если Вам не видно изображения с числом - измените настройки браузера так, чтобы отображались картинки и перезагрузите страницу.